Главное меню

«АРМЯНСКИЕ» ИЛИ ГРУЗИНСКИЕ ЦЕРКВИ В ГРУЗИИ?! - Бондо Арвеладзе (1) Версия для печати E-mail
Автор Вебмастер   
Среда, 23 Декабрь 2009 00:31

Бондо Арвеладзе

«АРМЯНСКИЕ» ИЛИ ГРУЗИНСКИЕ ЦЕРКВИ В ГРУЗИИ?!

Тбилиси 1996 г.


Бондо Арвеладзе
«Армянские» или грузинские церкви в Грузии?!

В труде критически рассматривается выпущенная в 1995 г. в Ереване на армянском языке карта-справочник «Армянские церкви в Грузии». По этому справочнику в Грузии числится 650 армянских церквей, что не соответствует действительности...

Редактор - доктор исторических наук А. Абдаладзе
Рецензенты - акад. М. Лордкипанидзе, доц. С. Вардосанидзе, доц. З. Схиртладзе

Тбилисский государственный педагогический Университет имени Сулхана-Саба Орбелиани
Бондо Арвеладзе
«Армянские» или грузинские церкви в Грузии?!



«Хорошо нам было или плохо, но мы приняли вас, приютили, по-братски, и не становитесь нам врагами в нашем же доме».

Илья Чавчавадзе



Приступая к предлагаемому труду, я некоторое время испытывал колебания и опасения быть неправильно понятым, заподозренным в предвзятости. Но вспомнилась грузинская пословица «Друга брани в глаза, недруга за глаза», подкрепившая решение высказать все, что думается, без всяких околичностей. Я уверен: трещину и недоразумения, возникшие в отношениях между грузинским и армянским народами, нужно не откладывая устранить. Честная критика, не сомневаюсь, развеет множество возникших между нами недоразумений и излечит недуг недоверия. В этой статье мне придется предать гласности и оспорить «плоды трудов» некоторых армянских ученых, но это продиктовано желанием укрепить и углубить братство, а не подвергнуть кого-то нападкам. Факт, что некоторые армянские ученые не проявляют дружественных чувств и, будто бы проникнутые сугубо научными интересами, вооружившись пером, ведут натиск и претендуют на исконно грузинские земли. Недостойные поступки армянских ученых такого типа, явление не новое, а старое, но закрывать глаза на подобное «творчество» равносильно забвению светлой памяти предков. Это никому не простительно, особенно же потомкам. Пример тому дал нам великий Илья Чавчавадзе, со всей остротой высказавший правду об общественном недуге и оставивший нам «Вопль камней» 1.

1 Крупное публицистическое произведение И. Чавчавадзе.

После него некоторые армянские ученые, казалось бы, должны были одуматься и стать на путь истины, но вышло не так, а наоборот, они еще более активизировались и продолжили нападки на Грузию.

Неумолимое течение времени поставило все на свои места и как бы покрыло пеплом забвения, но оказалось, увы, что ядовитый побег набирал понемногу силу и в 40-е годы XX в. дал плоды, взрастил активных наследников. Ничтоже сумняшеся они объявили Тао-Кларджети и его зодчество армянскими. И кого побудили высказать эту галиматью? Русского Токарского. Это их старый, испытанный способ. Вспомните, что они вынудили написать в XIX веке европейских путешественников и ученых о Грузии и грузинах. Чего стоит хотя бы история француза Кутуля. Ознакомить более или менее полно с «деятельностью» подобных ученых и журналистов здесь не представляется возможным, но прежде чем перейти к основной теме, нельзя не сказать хотя бы нескольких слов об одном современном исследователе подобного типа. Это доктор исторических наук П. Мурадян. Его энергичная и неутомимая антигрузинская деятельность известна. Вначале он арменизировал все грузинские географические названия и топонимы, оканчивающиеся на /ис/, а когда этому «открытию» не доверились, переключился на Мцхетский Джвари и поднял шумиху вокруг того, что он, мол, построен армянином Тодосаком, и т. п. Конечно, грузинские ученые (акад. В. Беридзе, акад. М. Лордкипанидзе, акад. И. Абуладзе и др.), и не только они, дали достойный ответ, но он и ухом не повел, как говорится, об стенку горох, продолжил свое. Вот и доказательство: известный грузинский ученый Калистрате Салиа в одном из посланных из Парижа писем отмечал: «Паруйр Мурадян опубликовал на французском языке в «Ревю дез этюд армениен» статью о Мцхетском Джвари. Напечатал не оригинал армянской надписи, а сфотографированную его другом армянскую надпись напечатал красиво выведенными буквами. Ополовинил пьедестал, дабы сказать, что не было места. Поэтому я и опубликовал все три армянские надписи. Потом сложилось так, что заинтересовавшиеся ученые заявили: П. Мурадян допустил неслыханную в науке фальсификацию». (Подчеркнуто нами. Б. А.) (Газ. «Комунисти», 1990, 7 октября).
Здесь же отмечу: трех-четырехстрочная армянская надпись на одном из ранних и уникальных памятников грузинского зодчества позднего происхождения, относится к эпохе после VII в. и носит случайный характер. Не обладает научной ценностью по сравнению с грузинской одиннадцатистрочной ктиторской надписью. У этих надписей лишь одно общее слово «души», и более ничего. Потому и старается г-н П. Мурадян искусственно передатировать Мцхетский Джвари. В грузинской надписи упоминаются ктиторы Стефанос Патрикиос, Деметри Випатос и Адарнасе Випатос. В армянской же нет ничего похожего. Несмотря на старания г-на П. Мурадяна, нацарапанная на цоколе Мцхетского Джвари армянская надпись не равноценна грузинской и не может быть сочтена ктиторской надписью.

Вот почему выскоблил, подрисовал, приукрасил и опубликовал затем в Париже армянскую надпись Мцхетского Джвари г-н П. Мурадян. Слава Богу, благодаря г-ну К. Салиа фальшивка сразу была выявлена и обнаружена, а «героические деяния» стали известны и зарубежным ученым.

В подобных делах г-н П. Мурадян не одинок. Его поддерживают и некоторые другие армянские исследователи. С этой стороны «отличилась» действующая в г. Ереване организация по исследованию армянской архитектуры. Эта организация в 1992 г. выпустила цветной буклет «Ахалкалак» на армянском, русском и английском языках. Исходя из его содержания, Ахалкалаки ни больше, ни меньше как древний армянский город. Акад. Р. Метревели, проф. Н. Шошиашвили и другие дали достойный ответ. Но тем не менее эта организация упрямо продолжает свою сомнительную деятельность и намеревается выпустить аналогичные буклеты о Цкалтбили, Самшвилде, Баралети, Ахалцихе и других местах и памятниках исторического значения. Ныне же эта организация уже опубликовала в Ереване карту-справочник «Армянские церкви в Грузии», 1995, на армянском языке. Автор г-н Самвел Карапетян.

Приступая к рассмотрению карты-справочника, я счел необходимым коротко проследить историю переселения армян в Грузию 1.

1 Мы не претендуем на полный разбор во всех аспектах тех обращенных в армянские грузинских церквей, которые внесены в карту-справочник.

Сейчас трудно сказать, когда появилась в Грузии первая волна армянских беженцев. Но одно факт «этот процесс приобрел широкий характер сначала в XI, потом в XV вв., когда завоеватели-кочевники почти полностью заняли жизненное пространство в Армении» (Г. Майсурадзе. Отношения грузинского и армянского народов в XIII-XVII вв., 1982, стр. 167). Здесь же отмечу, что, исходя из географии Вахушти, в XVII-XVIII вв. армяне в основном жили в окрестностях Кциа-Бердуджи, в Ташири, Чихори, Сачхере, Кутаиси и др. Если к этому прибавить 20.000 армянских семей из Эрзерума, поселенных в 1829-1830 гг. царской Россией в Самцхе-Джавахети, то картина будет достаточно полной. Как только новопоселенцы с помощью грузинского царя переводили дух и собирались с силами, они тут же принимались за хлопоты о своих молельнях. Это подтверждается не одним фактом. Например, высеченная на камне в кладке восточной стены армянской церкви Божией Матери в Ахалкалаки (Картли) грузинская надпись сообщает нам: «Мы, сын царя Грузии, царь-государь Ростом, и блаженная супруга наша, царица цариц государыня Мариам, принялись за возведение города на берегу Тедзами и дали ему имя царского града, и возвели храмы и монастыри для жителей града сего, армян-купцов. 1632 года, месяца июля» (П. Иоселиани. Города, существовавшие и существующие в Грузии. Тифлис, 1850, стр. 27). Видно, что армянские поселенцы пользовались более чем достаточными помощью и поддержкой. Исходя из отмеченного, армянские церкви в Грузии не представляются явлением необычным, и издание карты-справочника по ним представляется естественным.

Начнем с аннотации карты-справочника: «Ныне территория государства Грузии, включая Аджарию, Абхазию и Юго-Осетию, составляет 69,7 тысяч кв. км. Грузия поделена на 65 районов (из них в Аджарии - 5, в Абхазии - 5, в Юго-Осетии - 4). Армянские церкви имеются в сорока районах Грузии. Районов, в которых нет армянских церквей, немного.

Особенно многочисленны и широко представлены армянские церкви на территории исторической Армении, в северной части Гугаркского региона. Это Цобофор, Богнофор, Трегк и районы Джавахка. Ныне им соответствуют Марнеульский, Болнисский, Дманисский, Тетри-Цкаройский, Цалкинский, Ниноцминдский, Ахалкалакский и Аспиндзский районы (подчеркнуто нами Б. А.).

Немало армянских церквей в районах исторических Картли и Кахети. Здесь армяне живут с древних времен. Поэтому армянские церкви в этих районах относятся к ранним векам (XIII-XIV вв.). К более позднему времени относятся армянские церкви в Западной Грузии - Имеретии, Самегрело-Колхети. Армянские церкви в Абхазии и Аджарии построены в конце XIX, начале ХХ века.

Справочника армянских церквей в Грузии доныне не существовало. Правда, были отдельные документы, в которых они перечислены по районам, но в них учтены лишь действующие церкви и изредка соборы-ванки. К примеру, в одном селе были две-три армянские церкви, но действовала одна. Упомянута только действующая, остальные же нет.

С этой точки зрения, в 1837 году в Грузии числилось 198 армянских церквей, соборов и часовен (Александр Ерицян. Армения и кавказские армяне в XIX веке. Часть II, Тбилиси, 1895, стр. 256, на армянском языке). Армянских церквей в Артвинском и Артануджском районах числится 256 (Армянский календарь, Константинополь, 1903, стр. 363). Это число армянских церквей в таких изданиях неточно, так как в них не учтены армянские католические церкви.

В результате научного исследования письменных источников выяснилось, что в Грузии имеется 650 армянских церквей (не исключено, что некоторые из них мы могли пропустить). Армянские церкви расположены в отмеченных районах. Они представлены в сегодняшнем состоянии».

Переходя к разбору достоинств и недостатков карты-справочника, хочется отметить еще одно. По нумерации ее списка, армянских церквей в Грузии 638, в аннотации же отмечено 650. Я не знаю, это несоответствие случайный минус или желание автора.

А сейчас об одном «открытии» г-на С. Карапетяна. Эта армянская топонимика «исторической Армении»  Гугарка и Джавахетии - Богнофор, Квешафор, Кангарк, Манглисацпор, Трегк и Джавахк, почти соответствует сегодняшним Марнеули, Болниси, Дманиси, Тетри-Цкаро, Цалка, Ниноцминда, Ахалкалаки и Аспиндза. Г-ну С. Карапетяну следовало бы знать, что Квемо-Картли или Гогарани (армяне называют его Гугарком),  исконно грузинские земли, так же, как Самцхе-Джавахети. Об этом свидетельствуют грузинские и зарубежные источники. Принадлежность этих краев Грузии подтверждено в трудах и самих древнеармянских историков Агатангела, Мовсеса Хоренаци, Ованеса Драхсанакертци, Ухтанеса, армянской географией VII века «Ашхарацуиц» и др. Н. Марру Гогаран представлялся племенным названием иберов. А. Шанидзе же писал, грузинское «гогаран» образовалось при посредстве мегрело-чанского суффикса принадлежности, происхождения  -ан. «Гог-ар» означает «гог-эл», а «гог-ар-ан»  Гогарети. То, что Гугарк происходит от Гогаран, видно из того, что на пятиверстной карте российского Генерального штаба (1828) в Памбакском ущелье отмечено село Гогаран. Ныне это село находится на территории Республики Армения и называется Гугарк (?!).. Что же касается этнического состава этого края, то он испокон веков был грузинским. Об этом факте свидетельствует, не считая зарубежных источников, сама армянская историческая литература, в которой «гугары» упоминаются не как армяне, а как грузинское племя: Мовсес Хоренаци, Лазаре Парпеци, Ованес Драхсанакертци, Стефанос Орбелиани и др.

Историческая же судьба Квемо Картли сложилась так: по свидетельству Страбона, усилившееся Армянское царство отторгло Гогарене от Картли в начале II в. до н. э., а в I-II вв. усилившееся Картлийское царство вернуло Гогарене назад и даже попыталось покорить Армению. Несомненно, необходимо учитывать сведение армянского географа VII в. о разделении Картли на кантоны, но его сочинение отражает период, когда Гогарене была аннексирована Арменией (начало II в. до н. э.), а не более позднюю картину VII в., когда Картлийское царство уже давно вернуло себе этот край.

Аналогичные исторические условия сложились и в Джавахети, но, к сожалению, армянские историки не мирятся с этим фактом, а с несравненным упорством называют Квемо Картли, Джавахети и, представьте себе, даже Месхети «исторической Арменией». Г-н С. Карапетян повторяет абсурдную мысль своих ученых соотечественников и популяризирует ее. Не меньшее сожаление вызывает безосновательное заявление г-на С. Карапетяна о том, что будто бы армянские топонимы Цобофор, Богнофор, Манглисацфор и т. п. первичны, а грузинские _ Болниси, Манглиси и т. п. вторичны. Этот край, как мы видели, одно время был покорен Арменией и за этот период некоторые грузинские топонимы сменились соответственными армянскими. В этом явлении нет ничего особенного, и подобное топонимическое трансформирование встречается в исторической географии и других стран. Так что, как только в Квемо Картли восстановилась юрисдикция Картлийского царства, естественно, произошла и реставрация большей части грузинской топонимики: «Чрезвычайно знаменателен тот факт, что наименования составляющих Гугарки и Тайки кантонов по-армянски оформлены термином «фор», употребляемым как соответствие грузинскому «хеви». Кантоны собственно армянских провинций же, как правило, оформляются термином «дзор» (Т. С. Акопян. Историческая география Армении. Ереван, 1968, стр. 260, сноска 1, на армянском языке). Это свидетельствует, что грузинская номенклатура этих историко-географических единиц первична, а армянская являет собой перевод. Это естественно, поскольку, как мы знаем, Гогарене (Гугарк) и Тао (Тайк) исконно грузинские провинции». (Акад. Д. Мусхелишвили. Основные вопросы исторической географии Грузии. Тбилиси, 1980, стр. 51, сноска 178). Сказано настолько точно и аргументированно, что комментарии нам представляются излишними.

А сейчас посмотрим, как вспоминает Е. Такайшвили об историке Александре Ерицяне, на которого опирается г-н С. Карапетян: «Выступая с докладом о Самшвилде, я представил фотографии кафедрального собора, надписи и др. Ерицов сказал, что он был в Самшвилде, но там, кроме маленьких церквей и колоколен, не видел ничего, никакого кафедрального собора... Я заявил: он писал о Самшвилде, но, к сожалению, слона-то и не приметил. Кафедральным этот собор назвал не я, а Бартоломей, который знал, как отличить кафедрал от церкви... Вот так самонадеянность! Потом Меллер сказал мне, что он всегда так поступает. Когда выступал Бакрадзе (известный историк Дмитрий Бакрадзе.  Б. А.), он (А. Ерицов) всегда утверждал, что все, мол, армянское (подразумевается, в Грузии.  Б. А.). И сейчас продолжает то же самое».

Лучше передать «отношение» Ал. Ерицяна к истории Грузии невозможно, но и этого мало. На опубликованную Ал. Ерицяном в газете «Новое обозрение» (1891, N 2502) статью откликнулась газета «Иверия» (1895, # 70) заметкой «Небольшое замечание», подписанной неизвестным нам автором Г. П. В ней говорится, что переселенные армяне жили по большей части в городах и занимались торговлей и ремеслами. В грузинских городах Тбилиси, Ахалкалаки, Ахалцихе, Ацкури, Гори, Душети, Телави, Сигнахи, Озургети, Уплисцихе и др. армяне составляли большую часть населения, а местами жили почти только армяне... Обратимся к Озургети. Вообще гурийцы не любят армян. Тысячами встречаются такие, что даже не знают значения слова «сомехи»  армянин. Напрашивается вопрос, куда делись те армяне, которые, по мысли г-на Ерицова, в древности поселились в Озургети? Если они были, то почему не осталось их следов? В других краях Грузии ни народ, ни грузинские цари и князья не применяли против армян никаких насилий и не преследовали их веры. Неужто гурийцы имели такое влияние и воздействие на армян, что не только ассимилировали их, но и побудили изменить веру? Не думаю. Здесь должна быть какая-то другая причина. Нужно думать, одно из двух: или г-н Ерицов впал в заблуждение относительно расселения армян в Озургети, или в древности армяне поселились в Гурии, но гурийцы не выдержали их соседства и так или иначе от них избавились. Мы будем очень признательны, если уважаемый Ал. Ерицов объяснит нам это обстоятельство. Я признателен буду также, если он растолкует, откуда происходят наименования «Гурия» и «Озургети» 1.

1 В связи с этим заметим, что некоторые армянские ученые считают святую Нину и святого Георгия армянами. Оказывается, «по сведениям летописцев, 13 ассирийских отцов были армянами» (Газ. «Овит» («Поле»), 1907, N 44-45, на арм. яз.).

Отмечу здесь же, что в первой половине XIX в. в Озургети жило определенное количество армян. Но к концу века их уже не видно (П. Иоселиани. Города... Грузии. 1850, стр. 59).

Несмотря на то, что Ал. Ерицяну в Грузии на каждом шагу мерещится след армян и влияние армянской культуры, насколько я знаю, он ушел из этого мира так, что не ответил на вопросы и замечания Г. П. Подробно об этом читайте в нашей статье «Страницы прошлого» (Газ. «Мамули» («Отечество»), 1990, # 18).

Я уже ничего не говорю об упомянутом г-ном С. Карапетяном, изданном в Константинополе армянском календаре за 1903 год. Достать его нам не удалось, и, естественно, мы воздерживаемся от его оценки.

В завершение статьи г-н С. Карапетян заявляет, что армянские церкви в Грузии им учтены по состоянию на сегодняшний день, но, видимо, в качестве одного из источников он использует все же труд такого тенденциозного автора, как Ал. Ерицян. Ощущается и то, что им привлечены также труды г-на П. Мурадяна о существующей в Грузии армянской эпиграфике.

Начнем с так называемых армянских церквей в Тбилиси.

Церковь Сурб-Ншан (Св. Знамения) в Тбилиси стоит неподалеку от площади Ираклия. Вахушти сообщает нам: «И стоит внутри малой крепости церковь с куполом, ныне опустошенная, и другие, тоже купольные. Купольными владеют армяне. А некупольную воздвигла как придворную церковь (П. Т.) царица Мариам. Воздвигнуты также царем Вахтангом (Ж-Д) две купольные. Царица Родам построила одну некупольную. И все четыре некупольные церкви по-прежнему во владении армян» («Картлис цховреба», 1973, т. IV, стр. 336). Это сведение Вахушти прокомментировал и уточнил Пл. Иоселиани армяне в Тбилиси владеют семью грузинскими православными церквами, из них тремя купольными. Из присвоенных церквей известными были три. Одна из них «Сурб-Ншани, бывшая в руках православных, во имя Св. Николая Чудотворца» («Описание древностей города Тифлиса», 1866, стр. 258). Здесь же грузинский историк замечает: «Сурб-Ншан, по имеющейся на ней армянской эпиграфической надписи, был возведен в царствование Леона, отца Вахтанга VI, в 1701 г.» (здесь опечатка, должно быть в 1703 г. _ Б. А.).

Пл. Иоселиани был великолепным знатоком истории грузинской церкви и тбилисских древностей, поэтому его свидетельство, и не только в данном случае, предельно достоверно, и нет никаких оснований сомневаться в нем. Он прямо указывает на православную, то есть грузинскую, принадлежность Сурб-Ншана. Принадлежность к греческому православию он бы непременно отметил, как это делает в других случаях. Нужно думать, и небезосновательно, что, по древней грузинской традиции, имя святого Николоза сохранилось в названии исконно грузинской, но обращенной в армянскую церкви _ Сурб-Ншан. Центральный алтарь этой церкви носит имя святого Николая-Чудотворца. Между прочим, эта церковь в карте-справочнике так и представлена: «Тбилисская церковь Св. Николая Сурб-Ншан, заново возводилась в 1703, 1789, 1868 гг.»

Гораздо ранее 1700-х гг. эта церковь была грузинской молельней, но в годы лихолетья перешла в руки армян. По какой причине это произошло, трудно сказать, но, несмотря на армянскую ктиторскую надпись 1703 года, за ее возведение заново взялся некто мелик Киорк. А еще ранее определенную работу выполнили также отец мелика Киорка _ Асламаз и его дед Амира. Благодаря их должностному положению (они были мамасахлиси _ старосты) им нетрудно было завладеть оставшейся без присмотра грузинской церковью. Хотя не исключено еще более раннее присвоение. Поэтому, естественно, по г-ну П. Мурадяну, эпиграфический материал Сурб-Ншана и синодальные записи армянской епархии отражают процесс переделок и возведение заново в 1703 и более поздние годы, и совершенно умалчивают о первичной грузинской принадлежности этой церкви.
Ведшиеся до 1885 года синодальные записи армянской епархии Грузии хранились в Центральном историческом архиве, в Тбилиси. В 1965 г. безответственное руководство Архивного Управления Грузии передало их Государственному архиву Армении. Это было не только нарушением закона, но и преступлением перед нацией. Из-за невежества, _ не хочется видеть в этом поступке какую-либо корысть, _ грузинские исследователи вынуждены ездить работать в Ереван. В процессе работы над этой трудом мне неоднократно приходилось проверять упоминавшиеся г-ном С. Карапетяном, г-ном П. Мурадяном и другими синодальные записи Армянской епархии Грузии и их научную достоверность, но, по понятным причинам, даже заговорить о командировке в Ереван было невозможно.

Об армянских церквах Тбилиси существует довольно богатая научная литература. В последнем обширном труде г-на Мурадяна _ монографии «Армянская эпиграфика Грузии. Тбилиси» (Ереван, 1988, на русском языке), к сожалению, тенденциозно представлен не один объект исследования и связанные с ними аспекты. На них я остановлюсь попутно.

Следующая «армянская» церковь Тбилиси _ Бетлеми _ в карте-справочнике определена как «Бетлехем, церковь святой Марии, Богоматери, возведена в 1500 г., перестраивалась в 1718, 1884, 1895 гг., стала грузинской в 1990-1991 гг.». Выходит, что с самого начала церковь Бетлеми была армянской, а в последнее время ее присвоили грузины. Впрочем, проследим за историей этой церкви. Вникнем в позицию армянской стороны и попытаемся выяснить истину. Вслед за Г. Аганяном г-н С. Карапетян называет годом возведения Бетлеми _ 1500-й. Интереснее ознакомиться со взглядами самоотверженного защитника армянской принадлежности Бетлеми г-на П. Мурадяна. Согласно этому исследователю, история Бетлеми коротко выглядит так: здесь вначале, во второй половине XIII века, была построена часовня (эгвтер), а потом уже церковь. Строительство затянулось надолго, и в нем приняло участие несколько поколений. Армянских надписей на Бетлеми ранее первой половины XIV в. не видно. Привлекают внимание два использованных г-ном П. Мурадяном источника. Один _ гишатакаран 1437 г. (приписка-завещание), согласно которому, в XV в. Бетлеми считается армянской церковью. Дьякон Карапета завершил книгу 1437 годом, в царствование Александра, в тбилисской Бетлеми (Назв. труд, стр. 31).

Восемь раз разорявшейся Тимур-Ленгом стране приходилось довольно долго восстанавливать разрушенные церкви и монастыри. Этим с особой энергией занимался царь Александр (1412-1442). С его именем связано восстановление разоренного Тимур-Ленгом Светицховели. Скорописная надпись на западных воротах Руисской церкви сообщает нам, «дабы восславить дарованное Господом свыше царствование Александра Великого, который и воздвиг храм сей заново» и др.

Рассматривая ктиторские надписи грузинских церквей и монастырей времени царя Александра, И. Джавахишвили отмечает с болью в сердце: «Если бы исторические следы в Грузии хорошо сохранялись и охранялись, безусловно, на стенах многих крепостей, церквей и монастырей остались бы подобные вышеприведенной надписи».

Тбилиси и его окрестности, должно быть, не были застрахованы от коварной руки. Спасшиеся после поражения в борьбе с вторгшимся врагом, как видно, укрылись в горах. Конечно, грузинские ктиторские надписи Бетлеми стали жертвой варварства орд Тимур-Ленга, а может быть, и еще ранее исчезли навеки. Произошло типичное явление, обычно сопутствующее подобным несчастьям. Самоотверженные грузины до последней капли крови защищали родину и противостояли врагу. Грузинская церковь Бетлеми же, если верить упомянутому гишатакарану, оказалась в руках армян.

Подтвержденный г-ном П. Мурадяном второй армянский источник _ это записи, посланные 28 апреля 1816 г. священниками Иоанном Тер-Мкртчяном и Мхитаром Тер-Стефаняном Нерсесу Аштаракеци. Они отражают отнюдь не короткий процесс строительства Бетлеми. Документ поздний, и, естественно, вышеперечисленные лица не были свидетелями описанных в нем событий. И г-н П. Мурадян справедливо сомневается в его достоверности: «Трудно сказать, имели ли составители исторической записки под рукой какие-то документы, поскольку они ссылаются на сведения, дошедшие до них от предшественников» (Назв. труд, стр. 30-31).

Думаю, комментарии излишни.

По грузинским источникам, закладка Бетлеми связана с именем Вахтанга Горгасала, так же, как и строительство Сионского собора, Метехского, Голгофского храмов, церкви святого Архангела Михаила (Монография «Тбилиси», 1989, стр. 64, на грузинском языке). Еще более заслуживающее внимания сведение дает нам Пл. Иоселиани: «Некоторые из армяно-григорианских церквей также замечательны своею древностью. Их в Тифлисе всех числом 25. Шестью из них, принадлежавших прежде православным, как пишет и Вахушти, неизвестно по какому случаю владеют сейчас армяне». Конкретно же о Бетлеми замечает: «Церковь Петхаинская, основанная в 1500 году. В 1740 году она возобновлена грузинским князем Гиви Амилахваровым. Первое основание положено ей Вахтангом Горгасалом» («Древние памятники Тифлиса», 1844, стр. 119-120).

Во втором издании этой монографии автор уточняет вышеприведенную справку и замечает: «Армяне изменили название грузинской православной церкви и назвали ее Петхаином. Но «по древней памяти к святыне и грузины посещали эту церковь» («Описание древностей города Тифлиса», 1866, стр. 258). В приведенных цитатах содержится не одно интересное и заслуживающее внимания сведение. Но остановлюсь на двух из них. Платон Иоселиани удивленно спрашивает по поводу грузинских церквей: «Неизвестно, по какому случаю владеют сейчас армяне?!»

Этот вопрос тревожит грузинское население, но конкретного ответа оно не получает. Это свалившееся на голову грузинского народа и его церкви несчастье обусловили исторические причины. Разоренные перманентными нашествиями грузинские церкви и монастыри стали объектами присвоения и бесцеремонного захвата беженцами и переселенными армянами. В большинстве случаев это происходило не совсем приемлемыми методами и путями, о чем я и расскажу ниже. Нелегко отмахнуться и от наблюдения Пл. Иоселиани о древнейшей, утвердившейся и устоявшейся в памяти грузин традиции (о грузинской принадлежности Бетлеми), в связи с чем они продолжали ходить молиться в обращенную в армянскую церковь Бетлеми.

Следующее сведение о Бетлеми содержится в описи тифлисских древностей Эгнате Иоселиани (1837). Впервые его опубликовал проф. Л. Меликсет-Бег как труд неизвестного автора («Чвени мецниереба» («Наша наука»), 1923, # 1, стр. 91). Авторство Эг. Иоселиани подтверждено Ц. Джанкиевой. Она же установила, что Пл. Иоселиани располагал и в определенной степени использовал труд своего отца, Эг. Иоселиани («Ведомости Института рукописей им. К. Кекелидзе», 1963, т. V, стр. 57-66). Эг. Иоселиани пишет о Бетлеми: «Здесь хранится икона Пресвятой Богородицы, чудотворная, писанная старинным письмом, которую чтут армяне и четыре грузинских священника. Задние стороны и приделы, по преданию, возведены грузинским князем Гиви Амилахвари, прозванным Шахкулиханом, на его средства». В цитате подчеркнуто, что чудодейственной иконе обращенной в армянскую церковь Бетлеми поклонялись и грузинские священники, что несколько неожиданно на фоне издавна подвергшихся расколу и радикально противостоящих друг другу грузинской и армянской церквей. Здесь подчеркнут, видимо, тот факт, о котором я упоминал выше: грузинский приход в связи с давней традицией посещал обращенную в григорианскую церковь Бетлеми.

По всеобщему мнению, первые христианские церкви строились на местах языческих капищ или неподалеку от них. По свидетельству Пл. Иоселиани, к востоку от Бетлеми стоит квадратное кирпичное строение (к настоящему времени сохранились развалины). Тбилисцы называли его «идолом». По преданию, это здание было возведено идолопоклонниками в качестве «атешги», для сохранения священного огня. Трудно сказать, когда именно овладели армяне возведенной Вахтангом Горгасалом церковью Бетлеми, неоднократно разорявшейся врагами, но осмотренные во время археологических раскопок остатки часовни представляются относящимися к периоду не ранее XIII в. (П. Мурадян. Назв. труд, стр. 31). Думается, что это должна быть обращенная в пору лихолетья в армянскую грузинская часовня. Так или иначе, но факт, что Бетлеми многократно испытывала перестройки и переделки, и со стороны грузин, конечно, предпринимались попытки возвращения храма. Об этом свидетельствует тот факт, что князь Гиви Амилахвари, а не Георгий Амилахвари (это совсем другая личность), как сказано у г-на П. Мурадяна (Назв. труд, стр. 32), в 1740 г. отстроил Бетлемскую церковь заново. Подобная благотворительность была бы непонятной со стороны Гиви Амилахвари, который вряд ли пошел бы на столь большие расходы ради «армянской» церкви. Ведь в то время внимания и заботы требовало множество разоренных врагом грузинских церквей. В 1742 г. князь построил кирпичную Кашветскую церковь, предшественницу нынешней.

Гиви Амилахвари возглавлял садрошо 1 Земо Картли, был моурави 2 г. Гори и т. д. Повторяю, Гиви Амилахвари восстановил еще не одну крепость и церковь в Картли и Кахети, о чем свидетельствуют сохранившиеся надписи. Столь заслуженный и много сделавший грузин, конечно, прекрасно знал о грузинском происхождении Бетлеми и потому и пошел на такие расходы для его восстановления. Это была попытка освобождения грузинского храма от армян. Тогда эта попытка не принесла плодов, но сегодня справедливость восстановилась и Бетлеми возвращена патриархии Грузии. Так что в карте-справочнике должно быть написано не «стала грузинской», а «возвращена первоначальному, исконному обладателю _ грузинскому народу».

1 Административная единица с собственным войском.
2 Управитель, начальник.

Что же касается приводимых г-ном П. Мурадяном армянских источников более позднего периода, то в их ценности никто не сомневается. Другой вопрос, с какого угла зрения их рассматривать. Этот эпиграфический материал _ надежная опора мощи армянских духовных лиц и их экспансии по отношению к грузинским церквам и самим грузинам. Но наиболее существенное свидетельство грузинской принадлежности церкви Бетлеми все-таки твердо укоренившаяся в народной памяти традиция. Как сказал поэт:

Что однажды живо отразится в душе,
То передастся и поколениям...
И. Чавчавадзе.

Впрочем, натиск эчмиадзинских эмиссаров никогда не прекращался и исподволь делал свое дело.

Так что, когда над Грузией нависла непроглядная ночь (XIII в.), армяне завладели церковью Бетлеми. С этого времени и появились, наверно, армянские надписи вместо грузинских на ее стенах. Замалчивание г-ном П. Мурадяном первичной грузинской принадлежности Бетлеми нельзя назвать неожиданным. Поскольку это его не устраивает, он обходит и игнорирует традиционное сведение о возведении церкви Бетлеми Вахтангом Горгасалом в V в., а также данные о Бетлеми Вахушти, Пл. Иоселиани и др. Г-н П. Мурадян в своей монографии ни словом не обмолвился о сведениях грузинских авторов, ограничившись лишь описью Эг. Иоселиани. Сказать о том, что эти сведения ему не известны, невозможно, поскольку он один из лучших знатоков грузинских исторических источников и нередко использует их в своих картвелологических трудах.

Здесь же отмечу один вольный или невольный ляпсус. Г-н П. Мурадян в упомянутой монографии отмечает, будто околоток, в котором стоит Бетлеми, сначала назывался по-армянски _ Карапитаг, а потом стал называться по-грузински _ Клдисубани. Этот топоним не мог развиваться в такой последовательности. Наоборот, первичным было _ Клдисубани, как назвали его коренные жители Тбилиси, грузины, после чего приехавшие и поселившиеся здесь армяне грузинское Клдисубани перевели на армянский язык и назвали Карапи-таг (клде _ карап, убани _ таг). Именно таков естественный путь развития этого топонима.

В карте-справочнике о церкви Св. Георгия в Карапи отмечено, что она «возведена в 1753 г., стала грузинской в 1991 г.»

Утверждения защитника армянской принадлежности этой церкви г-на П. Мурадяна выглядят не вызывающими доверия (Назв. труд, стр. 34).

Крцанисская церковь Божией Матери _ «памятник средневековья, перестраивалась и восстанавливалась в 1778, 1861 гг.», как отмечено в карте-справочнике. Г-н П. Мурадян приводит гишатакаран 1436 г., опираясь на который, пытается доказать существование в этот период армянской церкви в Крцаниси. «Сия (книга) написана в лето армянское 885 (1436), в стране грузинской, в близлежащей к столице Тихик, древней Крцаниси, под сенью соборной (церкви) Св. Богородицы...» (Назв. труд, стр. 104). Грузинский перевод и комментарий этого же гишатакарана принадлежит доктору исторических наук Ал. Абдаладзе: «Написана сия (запись) в лето армянского летосчисления 1436 в Грузии, в расположенной близ столицы Тбилиси деревне Крцаниси, под покровом католической Божией Матери и всех других святых церквей» («Сведения о Грузии в завещаниях, содержащихся в армянских рукописях XIV-XV вв.», 1978, стр. 49).

По переводу г-на П. Мурадяна выходит, что некто Ованес написал книгу «...в Крцаниси, под сенью соборной (церкви) Св. Богородицы».

По грузинскому же переводу, «...в деревне Крцаниси, под покровом католики святой Богородицы и всех других святых церквей», то есть, исходя из перевода г-на П. Мурадяна, запись сделана в стенах Крцанисской католики пресвятой Богородицы. По приемлемому же переводу Ал. Абдаладзе, книга написана в Крцаниси, но «под покровом католики пресвятой Богородицы и всех других святых церквей», а не «в стенах церкви Богородицы».

Нельзя не отметить и один «недостаток» метода исследования г-на П. Мурадяна. Он почему-то обходит молчанием многозначительное сведение Пл. Иоселиани о Крцанисской церкви: «Церковь во имя Божией матери на горах Крцанисских с остатками древних зданий, существовавших в ныне опустевшей деревне. Вся эта местность со всеми виноградными и фруктовыми садами поднесена в дар Сионскому храму царями грузинскими. Тифлисские митрополиты заведовали и церковью, и всеми садами, которые принадлежали большею частию церковным крестьянам. С разрушением деревни от нашествия диких сынов Дагестана пострадала и церковь, но существовала она до царя Теймураза II (1744-1762). Ею владеют ныне армяне, питающие к ней величайшее благоговение. Здесь долго лежало тело царя Теймураза I, сына мученицы Кетеван, умершего в Астрабаде (1663)» («Описание древностей города Тифлиса», 1866, стр. 261).

Этого сведения г-н П. Мурадян не приводит, и, естественно, не дает ему никакой квалификации. Между тем научное наследие Пл. Иоселиани ему прекрасно известно. Это проявляется хотя бы в его монографии, изданной в 1985 г. («Армянская эпиграфика Грузии. Картли и Кахети», 1985, стр. 9). Так что незнакомство г-на П. Мурадяна со сведением Пл. Иоселиани о Крцанисской церкви исключено, но он «почему-то» обходит его, хоть мы и не располагаем основаниями предположить, что он подвергает сомнению сведение Пл. Иоселиани. Документ о том, что Крцаниси и его окрестности принадлежали грузинскому Сионскому католикосату, приводит сам г-н П. Мурадян. Несмотря на постоянные набеги лезгин, Крцанисская церковь просуществовала до царствования Теймураза II (1744-1762). Это сведение противоречит предположению г-на П. Мурадяна, но факт продолжительного пребывания праха Теймураза I (1663) в Крцанисской церкви свидетельствует о том, что она действовала, в противном случае прах грузинского царя здесь не установили бы. И, наконец, если бы Крцанисская церковь не была православной, грузинского царя здесь, в армянской григорианской церкви, не отпевали бы. Просто в этом не могло быть необходимости. Для этого в Тбилиси грузинская православная церковь как-нибудь бы нашлась.

Каким путем армяне завладели этой церковью, установить пока что не удалось, но одно ясно _ Крцанисская церковь была грузинская православная, и сомневаться в этом значит искажать факты, и ничего более.

Из «Мученичества Або Тбилели» Иоанэ Сабанисдзе мы знаем, где обезглавили Або, _ «у врат церкви Сорока святых мучеников». Это произошло, по расчетам акад. К. Кекелидзе, 6 января 786 года, то есть в последней четверти VIII века в Тбилиси существовала православная церковь. Об этой церкви имеется еще одно свидетельство Эгнатэ Иоселиани: «Говорят, она была возведена греками во имя Сорока мучеников, но это устное свидетельство, а письменного источника не видно. Ее восстановили и обновили тифлисские армяне в 1792 г. (по сведениям П. Мурадяна, в 1781 г.» (Назв. труд, стр. 18). Этот храм Пл. Иоселиани называет Малой крепостной церковью. Из сведения вытекают по меньшей мере два свидетельства _ одно то, что традиционное предание (а не письменный источник) приписывает строительство этой церкви грекам, и второе _ что церковь Сорока мучеников получила название Малой крепостной и, как и некоторые другие грузинские церкви, попала в руки армян. Потом они, по обыкновению, переименовали и назвали ее церковью Святого Архангела. Пл. Иоселиани конкретнее указывает на некоторые детали: «Св. Архангелов, занималась в древности греческими иноками. Ее оспаривали греки и при последнем царе Георгии XIII. Она у подъема к Ботаническому саду со стороны минеральных бань» (Назв. труд, стр. 233).

Трудно сказать, каким документом располагали греки, предъявляя претензию на эту церковь и даже пытаясь вырвать ее из рук армян уже к концу XVIII в., при царе Георгии XIII. Одно неоспоримо, эта православная церковь в XII в. была уже армяно-григорианской. Каким образом завладели армяне церковью Сорока халкедонских мучеников, пока что выяснить трудно. Должно быть, благодаря своему экспансивному характеру. На сегодняшний день ничего большего предположить нельзя. Возможно, будущие исследования выявят и установят истину. Так же нелегко с уверенностью сказать, когда эта церковь была возведена. Один факт неоспорим. Это то, что в 786 г. православная церковь Сорока мучеников существовала и перед ее вратами отсекли голову принявшему мученичество за христианство Або. Это период, к которому грузинская и армянская церкви были разделены уже в течение 179 лет. В 607 г. между ними произошел окончательный раскол, и в последующие века их отношения приняли характер противостояния. Борьба эта с течением времени приобретала все более острый характер. Несколько раз состоялись встречи-диспуты этих церквей. В первый раз в царствование Баграта IV, в 1046 г., в Джавахетии, в селе Хртила. Во второй _ в 1204 г., в Тбилиси. Встречи результата не принесли.

На фоне этих отношений интересное сведение обнаружил проф. Л. Меликсет-Бег в сочинении сирийского автора Григола Бар-Эбраи (Абул-Параджи). Как сообщает этот автор (Абул-Параджи), в 1197 г. от Рождества Христова произошло столкновение между грузинами и армянами по поводу так наз. «Кривой Пасхи» (Цразатик), которая была также за 95 лет до этого (значит, в 1102 г.). Ввиду того, что армяне не соглашались следовать грузинам и должны были праздновать Пасху на неделю позже грузин, то начался спор, который привел народ к столкновению» (ИКИАИ 1, 1925, т. III, стр. 49-60).

1 Известия Кавказского Историко-Археологического Института.

Согласно сведению Григола Бар-Эбраи, столкновение между грузинами и армянами произошло по причине того, что армяне отмечали праздник Пасхи на неделю позже грузин, и на этой почве возникло несогласие. Несогласие обострилось, грузины сожгли армянскую церковь, в результате чего погибло не то 4, не то 40 армян. Из-за этого выступить против грузин собрались 40 тысяч армян, но грузины за каждого убитого армянина заплатили по десять динаров. Убийство армян произошло, по мнению М. Чамчяна и проф. Л. Меликсет-Бега, в Тбилиси. Точнее, в церкви Сорока мучеников. На основании этих данных проф. Л. Меликсет-Бег заключает: «Значит, в то время в Тифлисе существовала церковь во имя Сорока мучеников, к которой, по-видимому, и относится следующее весьма ценное указание: стычка в древнем Тифлисе», и приводит соответствующую выписку из упоминавшегося труда Эг. Иоселиани. По мнению этого же исследователя, культ мучеников в Грузии имеет более древнюю традицию, нежели в Армении, в частности, в церквах Санаинского участка. Если и вправду стычка произошла в церкви Сорока мучеников, то история этой церкви и весь этот случай представляются в следующем виде:

По сведениям Иоанэ Сабанисдзе мы знаем, что в 786 г. церковь Сорока мучеников существовала. Ставится вопрос _ была эта церковь грузинской православной или армянской григорианской?

По сведению Г. Аганянца, церковь Сорока мучеников построена в 754 г. Сафразом Джугаэци («Тараз», 1919, N 1-2, стр. 45). Однако свое утверждение Г. Аганянц не подкрепляет никаким источником, ни письменным, ни устным. Эту мысль не разделяет проф. Л. Меликсет-Бег, хотя считает, что в ней содержится зерно истины. Он сосредоточивает внимание на сведении Иоанэ Сабанисдзе, то есть с осторожностью предполагает первоначальную армянскую принадлежность церкви, но не исключает и ее изначальной православной принадлежности. Дату, выдвинутую Г. Аганянцем (754), не разделяет г-н П. Мурадян, считая: «...церковь Сорока мучеников, или Архангелов, основана до арабского нашествия, у ее входа (или во дворе) Або Тбилели в VIII в. принял мученическую смерть» (Назв. труд, стр. 18). Возможно, церковь Сорока мучеников построена до нашествия арабов (642-643) или еще ранее, но это не означает ее армянской принадлежности. Напротив, в этом случае она была бы скорее грузинской, православной, а не армянской, григорианской, то есть народа пришлого. Конечно, арабским палачам было все равно, перед православным или григорианским храмом обезглавить Або, главное для них _ чтобы он был христианским, но для православного христианина Иоанэ Сабанисдзе это было далеко не безразлично, а воспринималось как очень значительный религиозный фактор. Ведь Або принял мученичество за православное христианство, а не за григорианство. Если бы это было не так, Иоанэ Сабанисдзе непременно отметил бы с душевной болью, что мученику Або отсекли голову перед армянской григорианской церковью Сорока мучеников. Поскольку этого не произошло, подразумевается, что церковь была православной, и даже если бы церковь была греческой, он не преминул бы об этом упомянуть. Иоанэ Сабанисдзе и его произведение отличаются предельно добросовестным и точным отражением реальных событий и явлений.

Не существует никаких оснований для того, чтобы подвергать сомнению первоначальную грузинскую, если не
греческую, принадлежность тбилисской церкви Сорока мучеников.

 
Последуем за первым же словом и рассмотрим упомянутое сведение Григола Бар-Эбраи. До сирийского автора это сведение, должно быть, дошло как предание устное и, постольку, претерпевшее значительные изменения в содержании. На упоминающиеся гибель сорока армян, последующее скопление сорока тысяч человек и церковь во имя Сорока мучеников, как на неслучайное совпадение во всех случаях цифры сорок, обратил внимание и высказал определенное недоверие к этому свидетельству проф. Л. Меликсет-Бег. Еще более недостоверной представляется нам выдвинутая Григолом Бар-Эбраи причина происшедшего инцидента. Если принять во внимание веротерпимость грузинского народа, трудно предположить, чтобы грузины проявили подобную жестокость. Грузинский народ и проявлял, и проявляет уважение к мусульманским мечетям и вере. И такая жестокость по отношению к христианской, пусть и григорианской, церкви вызывает сомнение. Повторяю, если описанное Григолом Бар-Эбраи событие и имело место, думается, оно могло произойти не из-за несовпадения дня празднования Пасхи (возможно, это было поводом), а по более серьезной причине. Такой причиной можно счесть попытку присвоения армянами церкви Сорока мучеников, с чем не могли смириться грузины, выразив свое недовольство в острой реакции. Это предположение подкрепляется фактом о том, что позже армяне завладели-таки этой церковью (1236). Каким путем это произошло и какие обстоятельства этому содействовали, сейчас определить с точностью трудно. Можно предположить, что в этот период мощь грузинского царства ослабла и оно стало быстро распадаться. В 1220 г. появились первые отряды монголов. 9 марта 1226 г. Джелалэддин взял Тбилиси и с неслыханной жестокостью разорил его. Благодаря этой смуте армянам удалось (это было их обыкновением) завладеть тбилисской церковью Сорока мучеников. Что же касается претензий греков, то проф. С. Какабадзе высказал мысль о том, что тбилисская церковь была возведена во времена Вахтанга Горгасала. По его мнению, церковь следует отнести к V в. (разрушена в 1925 г.), поскольку именно в то время сложились условия для строительства подобных церквей. Картли взяла в тот период политическую ориентацию на Византию. Следует принять во внимание и то, что второй женой Вахтанга Горгасала была гречанка, располагавшая в Тбилиси немалым количеством греческого окружения и слуг. А это могло вызвать необходимость в греческой церкви. По обоснованному мнению этого же ученого, в VI-VII вв. подобная церковь уже не могла быть возведена, поскольку условий для этого в Картли, в частности в Тбилиси, не было («Вахтанг Горгасал и его время», 1994, стр. 229, на грузинском языке).

Кафедральный собор Армянской епархии Грузии _ Сурб-Геворк искони был грузинской церковью. По какой причине он стал армянской григорианской, непонятно. Храм внесен в карту-справочник: «Тбилиси, кафедрал Сурб-Геворк, построен в 1251 г., заново отстроен в 1808, 1832 г.».

По мнению некоторых армянских исследователей, Сурб-Геворк построен на старой церкви (Ал. Ерицян, Г. Аганянц и др.). Более того, Ал. Ерицяну богатый купец Умек представлялся восстановителем (1251), а не основателем храма. Беспочвенной и неубедительной можно счесть мысль самоотверженного сторонника отнесения Сурб-Геворка к более ранним векам (631 г.) С. Авчяна, которую с некоторым неудовольствием отвергает г-н П. Мурадян (Назв. труд, стр. 20).

Я уже говорил и повторяю _ в столичном городе грузин, в их крепости-твердыне, естественно, должна была быть грузинская православная, а не армянская григорианская церковь. Учитывая народную традицию и неуемное стремление армян завладевать грузинскими церквами, можно предположить, что древняя церковь была грузинской, потом ее перекроили и переделали, расширили, пристроили и обратили в свою церковь армяне. И нужно сказать еще одно _ армяне тщательно скрывают первоначальную грузинскую принадлежность своих церквей, чего не скажешь о греках. Греки взяли на себя заботу о некоторых грузинских церквах, находящихся за пределами Грузии, но этот факт они не держат в тайне и откровенно признают их грузинское происхождение.

Трудно сказать, когда в Тбилиси была построена первая армянская григорианская церковь, но одно неоспоримо _ после разделения грузинской и армянской церквей (607) грузинская диофизитская церковь не могла быть благодушно настроена по отношению к армянской монофизитской. Это было вызвано чрезвычайно агрессивным отношением армянской григорианской церкви к грузинской православной. Один из армянских католикосов, Абраам, специальным приказом (VI-VII вв.) запретил своему народу всякое общение с грузинами, вступление с ними в брак, совместные молитвы в грузинских церквах, завязывание родственных уз и т. д., за исключением торговли (Ухтанеси. История отделения грузин от армян. Тбилиси, 1975, стр. 211). Сила этого приказа с течением времени ослабевала. А в то время (VII в.) он оказывал значительное влияние и воздействие на отношения наших народов и сковывал их. На подобном историческом фоне трудно представить армянскую церковь во дворе грузинской крепости-твердыни или где-нибудь близ нее. Естественно, это была грузинская православная церковь, и как она стала армянской, мы уже говорили, не установлено.

В грузинской принадлежности церкви Сурб-Геворка не сомневается великолепный знаток грузинских древностей Т. Квирквелиа (Старотбилисские названия, 1985, стр. 93, на грузинском языке).

Нами обнаружен значительный документ, связанный с нашей темой. Это приказ царя Назарали-хана (Ираклия I) от 7 января 1723 г.: «Мы, царь царей, владетель Назарали-хан, повелеваем здесь, в граде сем, возвести храм, равный монастырскому Джврис-Мама, где селились преследовавшиеся превратностями времен армяне. Мы их оттуда отселили, место это, как принадлежащее монастырю Джврис-Мама, мы пожертвовали этому монастырю и настоятелю его Партену...» (Документы по истории Тбилиси XVI-XIX вв., собранные Нико Бердзенишвили и Мамисой Бердзнишвили, книга I, 1962, стр. 126).

На хранящемся в Государственном архиве экземпляре этого документа стоит дата (Т. П.). По этой датировке выходит, что документ составлен не в 1723 г., как отмечено в издании, а в 1312 + 380 = 1692 г. Эта ошибка допущена переписчиком документа. Но откуда взялся 1723 г., непонятно.

Из этого документа видно, что грузинский царь Назарали-хан вынужден был отселить селившихся вокруг тбилисской грузинской церкви Джврис-Мама армян и поселить их в другом месте. С какой целью селились армяне именно вокруг грузинских церквей, догадаться нетрудно. Этот процесс направлялся из Эчмиадзина. Они вначале становились на ноги экономически путем торговли, мены, ремесел, и окрепнув, отвращали от попавшей в орбиту их обитания церкви грузинскую паству и постепенно обращали ее в армянскую. Это производилось практически любыми средствами, путем обмана, насилия, подкупа и т. п. Этот факт имел место в Тбилиси, и не только в нем. Почувствовав опасность этого, Назарали-хан внезапно удалил от грузинского храма Джврис-Мама расселившихся вокруг него армян. Из этого документа ясно видно, что в XVII в. опасность присвоения грузинских церквей была настолько велика, что царям для ее устранения требовались приказы или даже применение средств физического воздействия. К сожалению, по субъективным и объективным причинам грузинские властители не смогли полностью преодолеть недуга присвоения, горькие плоды которого мы пожинаем и сегодня. Свидетельство тому хотя бы карта-справочник, в которой не одна грузинская церковь объявлена армянской. Подтверждающие грузинскую принадлежность этих церквей признаки так энергично зачеркнуты, что в некоторых случаях установление истины затруднительно. «Те (армяне. _ Б. А.), которые представляются нам родными братьями и от которых ждешь надежд, которые под кровом Грузии нашли спасение, _ писала газета «Иверия» (1885, N 159), _ сегодня стали нашими кровными врагами. Исписанные величественными письменами камни стараются разорить и распылить, и вырубить топором эти надписи... Арабы господствовали над нами двести лет, и они не допускали того, что мы видим и слышим сегодня. Приступают и разоряют храмы железными прутьями, топорами. Портят рисунки, выковыривают глаза святым и т. п. Позорно, чтобы построенными на замешанной кровью предков извести храмами завладели пришедшие только вчера, а коренные жители были гонимы на своей же родине. Тем более предосудительно такое явление, как чуть ли не поборы с молельщиков в молельнях предков».

Это, конечно, слова человека, уязвленного неблагодарностью. К сожалению, все это правда, о которой горько вопиют грузинские камни.

В карте-справочнике: «Тбилисская церковь Божией Матери _ Норашен, построена в 1467 г. Заново отстроена в 1650, 1795, 1808, 1830 гг.».

На какие письменные источники опирается г-н С. Карапетян, относя строительство церкви к 1467 г., по имеющимся у нас на руках архивным и научным материалам установить не удалось. Хоть и следует отметить, что оригинала основной армянской записи о строительстве церкви Божией Матери _ Норашен физически не существует. Сохранились четыре армянские надписи Норашена. Три из них общего содержания, четвертая _ ктиторская (1507) _ представляется г-ну П. Мурадяну оригинальной («Армянская эпиграфика Грузии. Тбилиси», Ереван, 1988, стр. 74-75). Эти армянские надписи составлены по поручению армянского католикоса Нерсеса Аштаракеци (1770-1858 гг.). Но ставится вопрос, добросовестно ли составлена так наз. ктиторская надпись церкви Норашен тем, кому это было поручено? Основания для сомнения в точности ктиторской надписи церкви Норашен имеются. Для наглядности приведем русский перевод этой так наз. ктиторской надписи: «В лето 956 (1507) именем Бога я, Сагат, своим мулком построил церковь в память мою и моих родителей _ отца моего, парона Султана, деда моего, парона Тавкала, и супруги моей Вишиэль, сыновей моих Наримана, Султана и Шаримана» (стр. 75). Мы привели русский перевод, выполненный г-ном П. Мурадяном, с тем, чтобы оградить себя от каких бы то ни было недоразумений. В этой так наз. ктиторской надписи конкретно Норашен не указан, так, что она может быть выдана за ктиторскую надпись любой армянской церкви...

Как мы отметили, оригинал армянской ктиторской надписи церкви Норашен утрачен, поэтому трудно довериться неизвестному переписчику, тем более, что имели место недобросовестное отношение и использование фальшивок со стороны некоторых армянских исследователей 1.

1 На страницах газ. «Голос Армении» (30 января 1996 г., Ереван) была опубликована статья Льва Оганезова «Армянская церковь родного Тбилиси». В ней автор обвиняет грузин в присвоении армянских церквей, уничтожении армянской эпиграфики и др. Ответ на это безосновательное обвинение см. в газ. «Дрони» («Времена»): Б. Арвеладзе. Армянские церкви в родном Тбилиси, 1996, 1-5 марта, 15-17 мая, на грузинском языке.

И наконец, возникает и такой вопрос _ а утрачена ли ктиторская надпись тбилисского Норашена?.. Известно, что армяне имели обыкновение устанавливать камни с древними армянскими надписями в стенах грузинских церквей. Исходя из этого, нетрудно предположить, что камень с ктиторской надписью тбилисского Норашена мог быть ими утрачен. С какой целью ставились в грузинских церквах камни с древними армянскими надписями, ясно, как день, и более обращаться к этому вопросу мы не будем.

Так что по поводу так наз. армянской ктиторской надписи тбилисской церкви Норашен, приводимой г-ном П. Мурадяном, возникает множество недоуменных вопросов. Поэтому поверить в ее научную достоверность не представляется возможным.

О тбилисской армянской церкви Норашен Эг. Иоселиани дает следующую справку: «Начата строительством фундамента впервые неким Ходжой Назаром, потом на ней надстроена и возведена на средства, собранные женщинами и мужчинами тифлисского прихода в 1737 г. И потом строилась, и поныне все еще продолжает достраиваться» (Журн. «Чвени мецниереба» («Наша наука»), 1923, N 1, стр. 90). Это сведение и вообще информации Эг. Иоселиани о тбилисских армянских церквах, видимо, опираются на устные предания и поэтому в ряде случаев требуют уточнения по историческим источникам. На это обстоятельство справедливо указывает г-н П. Мурадян.

Что касается сведения о «собранном женщинами и мужчинами тифлисского прихода» для строительства церкви Норашен, то и оно, оказывается, приведено грузинским автором ошибочно.
 
Церковь Норашен стоит во дворе тбилисской грузинской церкви Джврис-Мама, на расстоянии каких-то десяти метров. Джврис-Мама является филиалом иерусалимской Крестной церкви и возведена в V в. Отсюда, видимо, идет и ее название. Церковь эта была разорена монголами. На ее месте в XVI в. возвели новую. Орды Ага-Магомед-хана в 1795 г. вновь ее разрушили, но она была восстановлена в 1825 г.

Поскольку по поводу датировки строительства церкви Норашен наблюдается разность взглядов (1467 и 1507), обозначим ее условно как XV-XVI вв. 1.

1 Если это не случайное совпадение, знаменательным фактом нам представляется то, что Минас Медиц в описи тбилисских армянских церквей (1824-1830) Норашен не упоминает (журн. «ARS», 1918, N 2-3, стр. 109).

С этимологической точки зрения Норашен шифруется следующим образом _ «нор» на армянском языке означает «новый», «шен» же _ строительство, возведение. Корень «шен» входит в состав грузинского глагола «шенеба» _ строительство, возведение. Корень употребителен в восточных языках (персидский, армянский, турецкий и др.) и означает, кроме всего остального, «обработанный», «благоустроенный», «освоенный», «населенный», «жилой» (С. Джикиа. Пространный реестр вилайета Гурджистан, т. III, 1958, стр. 185).

Исходя из этого, можно предположить, что тбилисская армянская церковь Норашен надстроена на более древней церкви или на ее месте. Естественно поставить вопрос _ кому принадлежала первичная церковь, стоявшая на этом месте, _ православным грузинам или григорианам-армянам. Как мы видели, для установления этого факта приведенное сведение Эг. Иоселиани служить не может, в имеющихся у нас на руках исторических источниках по этому вопросу ничего обнаружить не удалось, но, к счастью, в моем архиве оказалась запись одного устного сказания. Эта запись сделана в годы, предшествовавшие 150-летию со дня рождения Саят-Новы. В то время я записывал со слов тбилисских старожилов старинные предания и сказания о Саят-Нове и вообще о старом Тбилиси. Среди этих фольклорных материалов оказались упоминания о Сионской, Анчисхатской, Норашенской, Могнинской и других грузинских и армянских церквах Тбилиси.

Приведу фрагмент записи о церкви Норашен: «На улице Леселидзе, в сквере напротив синагоги, я увидел двух стариков. Подошел, заговорил с ними. Они оказались старыми тбилисцами. Я спросил, кто они и по сколько им лет. Один _ Георгий Зангурашвили, 93 лет, второй _ Вано Гулдамашвили, 89 лет. На ослабление памяти не жалуются. Прекрасно помнят все виденное и слышанное.

_ Слышали вы о таком... Саят-Нове? _ приступил я к расспросам и вооружился ручкой.

_ Конечно, сынок, _ ответили они в один голос, а Георгий Зангурашвили продолжил: _ Замечательный был ашуг. Когда он пел, птицы умолкали и замирали, слышал я в годы молодости от стариков.

«Уж не по книге ли И. Гришашвили они это помнят», _ подумал я и осторожно спросил:

_ Не приходилось вам читать «Саят-Нова» И. Гришашвили?

_ Да мы знали его самого, _ живо отозвались они разом, _ но читать не читали. Да и как было читать, мы ведь простые люди, ремесленники, каменщики, едва выводим фамилию и имя.

_ Так что же вы слышали о Саят-Нове? _ продолжил я.

_ Что татары убили его во дворе армянской церкви, сынок, _ отвечал Вано Гулдамашвили. _ Знаешь, сынок, эту церковь? Наверху, за Майданом. Так рассказывали старики.

_ А что вы скажете об этих церквах, _ показал я рукой на церкви у пересечения улиц Леселидзе и Рижинашвили.

_ Вот эта маленькая _ церковь Джварис Мама 1, грузинская. А другая, большая, армянская, _ показал он палкой на кирпичную стену Норашена. _ В детстве я часто слышал, что прежде на ее месте стояла грузинская церковь. Армяне облюбовали ее и, воспользовавшись тем, что она разорена врагом, завладели ею. Потом переделали, достроили, обновили. Так церковь и стала армянской, _ завершил Георгий Зангурашвили.

1 Буквально «Отец Креста».

_ Что вы об этом скажете? _ обернулся я к Зангурашвили.

_ Сынок, я слышал то же самое. Я в этом околотке и родился, и вырос. То же и мой отец, дед, прадед и более далекие предки... и не только эта церковь, но и Сурб-Геворг, Сурб-Ншан и Бетлеми были прежде грузинскими, _ добавил Вано Гулдамашвили...

1962 г., 23 августа, Тбилиси».

На этом запись кончается. Это фольклорное предание, конечно, не может служить твердым доказательством первоначальной грузинской принадлежности церкви Ахалшени _ Норашен, но считаться с этим фактом все-таки нужно. Отрицать его или принимать можно лишь с опорой на археологическое изучение храма. Но одно можно утверждать уже сейчас: церковь вторична, а стоявшая на ее месте первичная, _ учитывая вышеприведенное предание и в то же время факт, что не существует (и сомнительно, что вообще когда-нибудь существовал) оригинал ктиторской надписи, _ церковь была грузинской православной, а не армянской григорианской. К XVII в. Норашен уже, видимо, находился в руках у армян. И интересно, почему он не упоминается в приведенном выше документе Назарали-хана. Тем более, что в нем говорится об отселении армян с близлежащего к нему места. Вообще в расположении так наз. армянских церквей Тбилиси заметна одна закономерность. Почти все армянские церкви стоят рядом или поблизости от грузинских, что представляется неожиданным, если принять во внимание раскол между грузинской и армянской церквами (VII в.) и острую борьбу между ними на протяжении веков. Грузинская православная церковь считала армянскую григорианскую и ее последователей еретиками. Сомнительно, чтобы главы грузинской православной церкви позволили тбилисским армянским духовным лицам в десятке метров от грузинской церкви построить армянскую григорианскую. Стало быть, рядом с церковью Джварис Мама стояла грузинская православная, неважно, большая или малая, которую в годы лихолетья для грузин присвоили армяне, произвели ее коренную реконструкцию, обратили в армянскую и назвали Ахалшени _ Норашен.

Я кончаю рассмотрение трагической истории некоторых грузинских церквей Тбилиси, из-за превратности времен обратившихся в армянские, но это не означает, что все другие внесенные в карту-справочник церкви чисто армянские (есть и такие). Среди них имеется еще немалое количество церквей сомнительной армянской принадлежности, что должно стать предметом последующих исследований.

Приступая к обзору внесенных в карту-справочник армянских церквей в Картли-Кахети, хочется привлечь внимание читателя к одному «ляпсусу» монографии г-на П. Мурадяна «Армянская эпиграфика Грузии. Картли и Кахети» (Ереван, 1985, на русском языке). В довольно обширном предисловии армянский исследователь рассматривает труды, в которых разработана армянская эпиграфика, имеющаяся в Грузии, и другие вопросы. Из них следует отметить труд армянского монаха Саргиса Джалалянца, под впечатляющим названием «Путешествие в Великую Армению» (часть I, 1892, часть II, 1898, на армянском языке). Сочинение это было опубликовано сначала в армянской периодике, а уж потом, в переработанном виде, отдельно в Тбилиси.

Г-н П. Мурадян говорит об этом авторе и его и в самом деле обширном труде с особой любовью. Монах, оказывается, выделялся особенно пламенным армянским патриотизмом. То, что это так, хорошо видно из заглавия труда «Путешествие в великую Армению». Что под этим подразумевается, можно выяснить, послушав г-на П. Мурадяна: «Обладая достаточной по тому времени компетентностью, этот ученый-монах, движимый патриотизмом, совершил долгое путешествие по исторической Армении и в 50-е гг. XIX в. издал двухтомное описание армянских древностей. Памятниками Внутренней Картли и Кахети он не занимался, но к надписям Нижней Картли (Гугарк-Сомхити) и самой столицы Грузии Тбилиси проявил надлежащий интерес и переписал то, что ему показалось заслуживающим внимания» (Назв. труд, стр. 7).

Да, согласимся, Саргис Джалалянц путешествовал по «Великой Армении», т. е. по Квемо Картли 1, Тбилиси, и даже название труду дал «соответствующее». Что же делать? Зажать уши, закрыть глаза на это открытие?.. Поможет ли это? Г-н П. Мурадян, должно быть, сделает комментарий хотя бы к названию труда Джалалянца, _ наивно подумал я, _ даст читателю хотя бы... объективную информацию. Но не тут-то было! Он пошел дальше пламенного патриота-монаха и ничтоже сумняшеся поместил Шуа Картли, Кахети и др. 1 в «историческую Армению»!

1 Исторические области Грузии.

То, что Квемо Картли, Джавахети _ древняя, исконная земля Грузии, уже отмечалось в начале статьи, и надобности повторяться нет. Но г-ну П. Мурадяну хочется напомнить одно: во времена Давида Строителя, царицы Тамары Великое Грузинское царство простиралось от Никопсии до Дарубанда, то есть часть Восточной Армении входила в пределы Грузинского царства, не обладая никакими суверенными правами. Впрочем, зачем уходить так далеко! В близком XVIII в. утратившая собственную государственность и обратившаяся в Эриванское ханство почти вся Восточная Армения была вассалом, подданным царя Ираклия, но еще ни одному грузинскому историку не приходила мысль назвать Ереван, Араратскую долину и вообще Армению исторической Грузией.

Армянские же ученые не упускают случая ни дома, ни вне дома, прожужжав мировой общественности уши лженаучной пропагандой, выпускать бесчисленные фантастические карты «исторической Армении» и тем самым пытаться убедить зарубежного читателя, будто бы Восточной Грузии и Южной Грузии не существует. Они были и продолжают оставаться лишь «исторической Арменией» (?!).

Вернемся, однако, к началу и посмотрим, как отражены в карте-справочнике другие «армянские» церкви. Сначала об одной детали в Светицховели: на Западном входе южной стены имеется эпитафия католикоса Доментия (1660 _ 1676).