Главное меню

Учебник по истории Грузии - § 5. УСИЛЕНИЕ КАРТЛИЙСКОГО ГОСУДАРСТВА (I — III ВЕКА Н. Э.) Версия для печати E-mail
Автор Вебмастер   
Четверг, 24 Декабрь 2009 01:33

Сохранилось свидетельство, что Помпей свой закавказский (вообще, ближневосточный) поход завершил триумфальным шествием в метрополию. В том шествии в унизительной роли побежденных шли, в числе других царей и сановных лиц, царь колхов Олтак и «три иберских гегемона» («предводителя», по-видимому, эристава). Не случайно в числе пленников не было картлийского (иберского) царя. Вообще, если в Колхиде Рим чувствовал себя господином положения, то в Восточной Грузии его завоевания оказались весьма неустойчивыми. Оправдывалось мнение, распространенное в Риме, что иберы (картлийцы) никогда не покорялись чужеземцам, будь то мидяне, персы или македоняне, не намерены они покориться и Риму. Вот почему Рим считал необходимым держать в картлийских крепостях свои гарнизоны, содействовать укреплению местных оборонных сооружений. Но чем дальше, тем явственнее становится факт, что военный нажим не мог удержать страну в повиновении. В особенности внутриполитические кризисы, социальные потрясения (восстания рабов, междоусобицы, сопровождавшие властвование рабовладельцев и т. п.), какие переживал Рим, подрывали авторитет захватчиков и в Закавказье. Так, восстание вспыхнуло в Иберии при царе Фарнавазе в 36 г. до н. э.; оно повторилось здесь и позднее, в 15 г. до н. э. Римлянам удалось, все-таки, подавить их, что случилось и в Албании, например, в 37 — 36 гг. до н. э. Потерпев поражение, царь Фарнаваз, подобно многим тогдашним правителям, стал добиваться в Риме тех же прав, которыми пользовались «союзники» последнего. Об этом сообщает император Август в своем «Анкирском Монументе», составленном в конце его жизни (ум. в 14 г. до н. э.; Анкира — нынешний г. Анкара в Малой Азии). В конечном итоге Рим оказался вынужденным в своих отношениях с Иберией, как впрочем, и некоторыми другими странами, отдать предпочтение всякого рода компромиссам. Признавая иберийских царей своими «друзьями» и «союзниками», Рим имел в виду разделить с ними, к обоюдной выгоде, трудности охраны перевальных дорог Главного хребта (Дарьял) для обеспечения себе спокойствия на своих азиатских рубежах и необходимых способов вывоза из Северного Кавказа разных товаров, рабов и т. д. Народу иберийскому была облегчена тяжесть налогов, которые позднее были сведены на нет. В руках иберийских царей, как союзников Рима, оказывалась достаточная инициатива, чтобы вступать с Римом в выгодную для себя военно-политическую сделку за счет интересов Парфянского царства. В иных случаях иберийские цари в своей политике доходили до полного пренебрежения интересами Рима.

В своем стремлении пробиться в бассейн Каспия Рим пришел в столкновение и с Парфией. В их борьбу за господство были вовлечены и Армения, и Атропатена (она же Адарбадаган, или Азербайджан Южный), а позднее и Иберия. Яблоком раздора для Парфии и Рима служили как Атропатена, так и -- после ослабления могущества царей Армении (последней четверти I в. до н. э.) — сама Армения. Повторный захват римлянами Армении (при убийстве ими царя Арташеса II, 20 г. до н. э.) повлек за собою сговор между Парфией и Римом. Парфия, недавняя союзница Армении, признала гегемонию Рима над Арменией, взамен обеспечив себе право присоединить к своей империи Атропатену. Но неустойчивость положения римлян в Армении, где народ не прекратил борьбы за свою независимость, развязала руки парфянам против Рима

 

Борьба против Парфии при поддержке населения Армении

 

Парфянский царь Артабан направил свои войска в Армению, упразднил там при римскую администрацию и возвел на престол своего сына Аршака (35 г. н. э.).

Руководство военными действиями против парфян римляне возложили на картлийского царя Фарсмана I (30-е — 50-е гг. н. э.). В определенных кругах армянского общества, естественно, поддерживали идею изгнания парфянских захватчиков. Вслед за внезапным убийством Аршака войска Фарсмана осадили столицу Армении г. Арташат, защита которого, за смертью Аршака, была возложена на Орода, другого сына парфянского царя. В сражении с парфянами на стороне картлийцев участвовали албанцы и сарматы. Войска парфян были разбиты.

Парфянский царевич, получивший тяжелое ранение в голову в поединке с Фарсманом, бежал из Армении. При содействии римлян Фарсман посадил на армянский престол своего брата Митридата, который правил страной около пятнадцати лет (35 — 51 гг. н. э.).

Затем обнаружились дворцовые интриги при дворе Фарсмана, приведшие к очередной смене царствования в Армении. Греко-римские источники дают основание считать, что Фарсман задумал использовать создавшееся в Армении неустойчивое положение и «присоединить Армению к Иберии» (акад. И. Джавахишвили). По крайней мере, источник приписывает ему «ничем не сдерживаемое желание овладеть царством» (Тацит). Цель была искусно завуалирована. Радамист, сын Фарсмана, находясь в сговоре с отцом, вошел в доверие к дяде, Митридату, к гибели последнего. В то же время Фарсман «придумал повод» объявить Митридату войну, застигнув его врасплох. Большое войско во главе с Радамистом осадило крепость Гарни, где нашел убежище Митридат под покровительством римлян. Радамист, добившись успеха, стал царем Армении (51). Однако противники (парфяне так же, как и римляне) не были намерены уступать, в борьбе за Армению, усиливавшейся Иберии. Они и действовали с оружием в руках, умело пользуясь социально-политическими противоречиями, раздиравшими армянское общество. В результате Радамисту дважды пришлось испытать горечь изгнания: сначала — когда парфянское войско открыло путь к трону парфянскому царевичу Тиридату, и затем, когда Радамист, снова захвативший было власть над Арменией, вслед за тем окончательно утратил ее, на сей раз, имея дело не только с парфянским оружием, но и с возбужденным против него населением. Сохранились сведения, что Радамист, и борьбе за власть прибегавший к жестокостям, стал ненавистным народу.

 

Дальнейшее укрепление Картлийского (Иберийского) государства

 

Взятый при Фарсмане I внешнеполитический курс Иберии, стремление захватить руководящую роль в Армении, не привел к прямой цели. Зато Иберия еще долго неуклонно продолжала укреплять и расширять свои государственные границы, сохранять влияние и международных отношениях, поскольку эти отношения, в лице армии, парфян и «северных народов» (аланы и др.), захватывали и Закавказье. Иберия, действенно контролировавшая, в частности, Аланские порога (Дарьял), тем самым продолжала оставаться государством с крепким тылом, а стало быть, и желанным союзником римлян.

В специальной литературе сложилось мнение, что о больших военно-политических подвигах иберского царя Митридата (60 — 70-е гг. I в.), сына и преемника Фарсмана, единогласно говорят, наравне с грузинскими и греческими, также и армянские (Моисей Хоренский) и армазско-арамейские (надпись стратилата царя Митридата — Шарагаса) источники. Иберы временно приняли участие в большом походе аланов против Атропатены и Армении. В свою очередь, римляне, в поисках мира и дружбы с иберами, приняли на себя расходы по укреплению твердынь г. Мцхета. Документально известно, что это имело место при автократорах кесарях Веспасиане, Тите и Домициане, о чем торжественно возвещается в известной строительской греческой надписи 75 г., некогда украшавшей стены Мцхета. В строках 13 — 1 7 надписи упомянуты, кроме того, те самые «иберийский царь Митридат сын Фарсмана» и супруга Митридата царице «Иамасаспои» (то есть Хамазаспухи)[1], а также «народ» иберский, которым императоры «сии стены укрепили».

О дальнейшем, еще более значительном укреплении власти и авторитета иберских царей свидетельствует ряд фактов из царствования в Картли Фарсмана, современника императоров Адриана (117 — 138) и Антонина Пия (138 — 161). Из новейших исследований вопроса видно, какие смелые шаги предпринял Фарсман, чтобы «отмстить» парфянам и римлянам. Именно Фарсман, около 135 г., обрушил вооруженные силы алан на смежные с Иберией области (от Каспия до Малой Азии), где хозяйничали парфяне и римляне. Это нападение сильно встревожило тех и других. При императоре Антонине Фарсман со свитой был принят с великими почестями в Риме. Ему там император «позволил принести жертву в Капитолии, поставил его конную статую на Марсовом поле и смотрел на военные упражнения самого Фарсмана, его сына и других знатнейших иберов» (Дион Кассий, II — III вв.).

В борьбе за укрепление своей власти иберийские цари добились восстановления прежних государственных границ с Арменией, нарушенных было во II в. до н. э. В связи с этим можно вспомнить свидетельство источников, что «Адриан увеличил его (Фарсмана) область» или что на западе Иберия расширилась до берегов Черного моря и обитавшее в бассейне р. Чороха племя зидритов подчинилось Иберии. Археологические находки в нынешней Верхней Имерети (сел. Бори) заставляют думать, что и в данной части Колхиды в описываемое время административную власть держал в своих руках питиахш иберийского царя. Сохранилось имя одного тамошнего питиахша — Бузмира.

 


[1] Эта царица впервые ожила в документе, когда Г. В. Церетели удалось правильно расшифровать ее имя Иамасаспои.

Последнее обновление ( Четверг, 24 Декабрь 2009 02:42 )