Главное меню

Учебник по истории Грузии - ЭПОХА РАЗЛОЖЕНИЯ ФЕОДАЛЬНЫХ ОТНОШЕНИЙ Версия для печати E-mail
Автор Вебмастер   
Пятница, 25 Декабрь 2009 01:26

§ 1. КОЛОНИАЛЬНАЯ ПОЛИТИКА В 30—40-х ГОДАХ

 

Колониальная и экономическая политика

 

Согласно планам царизма Грузия должна была стать базой для дальнейшей его экспансии на Восток. Для достижения этой цели царское самодержавие прибегало не только к военной силе, оно стремилось создать в Грузии надежную опору путем русификации страны.

Наряду с введением русского управления политике русификации содействовало также создание в Грузии, в целях колонизации, надежных для царского правительства переселенческих поселений. В первой трети XIX в. пограничные районы юго-восточной Грузии, ставшей театром военных действий, обезлюдели. Особенно пострадали Триалети, Сомхити, Лоре-Бамбаки. В 1817—1819 гг. главным образом в Восточной Грузии и частично в Азербайджане было поселено 500 семейств немцев. В то время как грузинским крестьянам нехватало земли, немцам-колонистам были предоставлены земельные участки в 35 десятин на дым. Кроме того, местное население заставляли пахать новым поселенцам земли и обеспечивать их строительными материалами. В 1829 — 1830 гг. в ахалцихский, ахалкалакский и цалкский районы были переселены из Турции свыше 6.000 семейств армян и греков.

С 1837 г. в Грузии увеличивается число русских поселенцев, создаются военные колонии. Эти колонии состояли из солдат, которые после 15-летней службы получали право обзавестись семьей. Русские селения возникают вблизи Тбилиси, в Цалке, Тетрицкаро (Белый ключ), Цителицкаро, Гомбори, Манглиси, Коджори и других местах. Кроме того, сюда переселялись преследуемые официальной церковью Россий­ской империи сектанты — духоборы, молокане, скопцы и др. В 1845 г. количество русских поселенцев достигло 10 тысяч.

С 20—30-х гг. царское правительство окончательно выработало свою экономическую политику в Закавказье. Грузия и всё Закавказье должны были превратиться в колониальный рынок для сбыта русских промышленных товаров. Поэтому здесь не оказывалось содействия росту промышленности. Считалось допустимым развитие лишь тех отраслей сельского хозяйства, которые могли снабжать русскую промышленность дешевым сырьем. Несмотря на такую политику, царизм и русская буржуазия не смогли достигнуть цели. Россия еще не была настолько развита экономически, чтобы осуществить в широких масштабах колониальную эксплуатацию страны.

 

Реформа управления 1840 г.

 

Созданная в 1802 г. в Восточной Грузии (Картли-Кахети) система управления с течением времени претерпела некоторые изменения, сводившиеся к тому, что царское правительство иной раз вынуждено было допустить участие местных жителей в управлении, которое в основном, носило антинародный и бюрократический характер.

Начиная с 30-х гг. XIX в. царизм намечал широкие планы колониальной эксплуатации и русификации Закавказья, однако существовавшая система управления была непригодна для реализации этих планов. На основе Положения от 10 апреля 1840 г. в Закавказье вводилось новое административное деление: весь край был разделен на две части — Грузино-Имеретинскую губернию и Каспийскую область. В Грузино-Имеретинскую губернию, кроме Грузии, входили Армения и часть Азербайджана (бывшее Ганджинское ханство). Каспийская область охватывала в основном, территорию Азербайджана. Новое Положение игнорировало национальный признак административного деления стран Закавказья. Во главе царской администрации по-прежнему оставался главнокомандующий, или главноуправляющий, который в правовом отношении был приравнен к российским генерал-губернаторам. В результате реформы царизм установил в Закавказье почти такой же порядок, какой существовал в российских губерниях. Местные деятели были совершенно отстранены от участия в управлении. Было прекращено применение в области гражданского законодательства Свода законов царя Вахтанга VI, усложнилось судопроизводство, почти вдвое увеличилось количество чиновников. Расходы по содержанию административного аппарата почти на полтора миллиона превышали денежный доход. Открылось еще более широкое поле для произвола и злоупотреблений чиновников.

Реформа 1840 г., основной смысл которой сводился к скорейшей русификации страны и её полному слиянию с Российской империей, еще более отдалила административный аппарат от народных масс. Управление в Грузии носило военно-оккупационный характер, при котором «гражданская власть и юридическая иерархия организованы на военных началах»[1].

Царское правительство, как сказано, захотело быстрыми темпами осуществить русификацию края, его полное слияние с Российской империей, но не достигло цели. Окончательное устранение от управления представителей местного населения и отказ от местных законов вызвали недовольство среди грузинского дворянства. Реформа отрицательно сказалась на положении трудящихся масс, так как взимаемые с них налоги непрерывно росли.

 

Восстание в Гурии в1841 г. Волнения в Южной Осетии

 

В 1828 г. царское правительство упразднило в Гурии власть мтавара (владетельного князя) и образовало там временное управление, возглавляемое русским чиновником. Новое управление все еще сочетало свою деятельность со старыми порядками и обычаями, но в результате реформы 1840 г. положение изменилось. Особенное недовольство крестьянства вызвало введение нового подушного денежного налога.

В Гурии в то время господствовало натуральное хозяйство. На местном рынке в обращении находились преимущественно турецкие денежные знаки, царская же администрация требовала уплаты налогов русскими деньгами, которых у крестьян в то время не было. В мае 1841 г., когда начался сбор подушного денежного налога, крестьяне сел. Ланчхути взбунтовались. Волнение постепенно охватило всю Гурию. Недовольные ущемлением своих политических прав, феодалы воспользовались моментом и, на первых порах, активно поддержали повстанцев. Гурийские феодалы стремились подчинить восстание своим узкоклассовым интересам. Крестьяне же боролись против социального и колониального угнетения. В июле и августе восстание расширилось. Вооруженное столкновение произошло в сел. Гогорети 9 августа 1841 г. Здесь повстанцы разбили отряд полковника Брусилова. Количество убитых и раненых в этом бою достигло 77 человек. Пов­станцы вскоре окружили уездный центр Озургети (нынешний Махарадзе). На помощь царским войскам пришли имеретинские и мегрельские феодалы, но повстанцы отбросили их отряды.

Местные русские власти оказались в затруднительном положении. Русские войска в это время терпели серьезные неудачи в Дагестане. Гурийское восстание вызывало сочувствие среди крестьянства Имерети, Мегрелии и Абхазии. Царское правительство вынуждено было двинуть в Гурию дополнительные отряды войск. В лагере повстанцев начались разногласия. От восставших постепенно стали отходить феодалы, так как борьба крестьян принимала антикрепостнический характер. Гурийские князья и дворяне приветствовали русские войска, подошедшие к Насакирали. 5 сентября произошел решающий бой под Озургети, в котором повстанцы потерпели поражение. Среди крестьян только убитых насчитывалось свыше 60. Вскоре восстание было окончательно подавлено.

В начале 40-х годов самоотверженную борьбу против русского правительства и грузинских феодалов продолжали и крестьяне Южной Осетии.

Начиная с XIII—XIV вв. осетины, покидавшие Северный Кавказ, селились в Картли, на землях грузинских тавадов. С течением времени южные осетины разделили историческую судьбу грузинского народа. С 1801 г. они оказались под владычеством самодержавной России. Осетины стойко боролись как против своих господ — грузинских феодалов, так и против бюрократического царского режима.

Долго продолжалась борьба осетин с феодалами из княжеского рода Эристави. Ненависть осетинских крестьян к князьям Эристави усилилась с 1803 года, когда русское правительство, желая задобрить и окончательно привлечь на свою сторону князей Эристави, возвратило им отобранные в свое время Ираклием II земли по Ксанскому ущелью и Гвердисдзири. Кровопролитная борьба в Осетии не утихала. Царские войска и грузинские феодалы огнем и мечом расправлялись с непокорными крестьянами. Несмотря на это, в результате продолжительной борьбы осетинские крестьяне добились облегчения своего положения. В 1830 году осетины, проживавшие в Ксанском ущелье и Гвердисдзири, были причислены к категории казенных крестьян.

Особенно упорным и массовым было восстание осетин, вспыхнувшее в 1840 году. Непосредственным поводом к восстанию был произвол помещиков из рода Мачабели. Царские карательные отряды часто появлялись в осетинских селениях, где не утихала кровопролитная борьба. Мирные сёла превращались в руины. Волнения в Южной Осетии повторялись периодически до 1850 г., когда требования крестьян были частично удовлетворены. Были уменьшены их повинности.

Крестьянские восстания в Грузии подрывали устои крепостнического строя. Борьба грузинского крестьянства сливалась с борьбой угнетенных народов Российской империи против царизма и крепостничества.

 

Временное отступление царизма. Упрочение союза с дворянством

 

Реформа управления 1840 г. вызвала в Грузии всеобщий протест. Восстание следовало за восстанием. Недовольство выражало также население Армении и Азербайджана. Напуганное правительство было вынуждено отступить, посчитаться с местными обычаями и порядками.

В 1842 году в Грузию был направлен военный министр Чернышев. Ему были даны полномочия произвести на месте необходимые изменения в управлении краем. Основной смысл этих изменений сводился к тому, что управление должно было органически сочетаться с местными порядками и обычаями, к управлению намечали привлечь местных помещиков. Так и произошло. Было несколько упрощено судопроизводство, ликвидирована часть многочисленных инстанций. Была сделана попытка восстановить грузинский порядок быстрого, устного рассмотрения жалоб, но безрезультатно. Правда, частично были вновь введены в действие законы царя Вахтанга; сельским мамасахлисам (старостам) давалось право: разбирать на месте маловажные дела. Некоторые улучшения были проведены и в административном деле. Однако все это не могло устранить основного порока в управлении, заключавшегося в том, что народ не понимал языка, на котором оно велось, да и само управление было чуждо коренным, жизненным интересам народных масс.

В 1845 г. царское правительство установило на Кавказе должность царского наместника, который по существу подчинялся только императору и в управлении Грузией и Кавказом был облечен почти неограниченными правами. Николай I лично ознакомил наместника Кавказа с целями, которые преследовал царизм в Грузии и Закавказье: это были русификация края и его слияние с империей, сохранение полной политической и экономической зависимости Закавказья от России.

На должность наместника Кавказа был назначен Воронцов, принадлежавший к высшей русской чиновной знати. Умный, дальновидный Воронцов привлек на свою сторону высшие слои местного общества.

Он протянул руку разорившимся грузинским дворянам. В 1849 году был открыт Закавказский банк, предоставлявший дворянству долгосрочный кредит. Воронцов провел имущественное разграничение тавадов и азнауров, освободив последних от зависимости со стороны тавадов, ускорил утверждение претендентов в дворянском звании. Это имело для них существенное значение, так как без звания было трудно поступить на государственную службу. В 1859 г. были утверждены в дворянском звании до 30 тысяч человек. В 1849 году, по предложению Воронцова, было узаконено положение, по которому крестьянин мог начать иск о свободе лишь в том случае, если он располагал документами, доказывающими его право на свободное состояние. До этого для возбуждения иска об освобождении от помещичьей зависимости было доста­точно той причины, что у помещика не имелось документа, подтверждавшего крепостную зависимость от него крестьянина.

Воронцов открыл для дворян клубы и театры, предоставил прогрессивной интеллигенции некоторую свободу для патриотической деятельности. Дворянским детям был открыт широкий доступ к военной службе и в учебные заведения России.

В результате всех этих мероприятий грузинское дворянство стало верной опорой Воронцова в проведении царской политики. Таким образом, теперь, когда борьба крестьянства против крепостничества вступала в решающую фазу развития, между царизмом и дворянством был установлен прочный союз. Лишь прогрессивная часть дворянства продолжала борьбу против русификаторской политики и бюрократического режима царского самодержавия.

 


[1] К.Маркс и Ф. Энгельс, Сочинения, издание первое, т. IX, стр. 397




§ 2. ГРУЗИНСКИЙ НАРОД В БОРЬБЕ ПРОТИВ

ТУРЕЦКИХ ЗАВОЕВАТЕЛЕЙ. ОКОНЧАТЕЛЬНОЕ

УПРАЗДНЕНИЕ ВЛАДЕТЕЛЬНЫХ КНЯЖЕСТВ

 

Вторжение турецких завоевателей в Грузию во время Крымской войны и их изгнание

 

Установление господства России в Закавказье не давало покоя не только Ирану и Турции, но и капиталистическим странам Европы. Особенно встревожена была Англия, которая владела на Востоке богатейшими колониями. Россия угрожала захватом Константинополя и путей, ведущих с Запада на Восток. Именно поэтому Англия и Франция поддерживали Иран и Турцию в их войнах против России. Эта поддержка приняла еще более открытый характер во время Крымской кампании, в 1853—1856 гг., когда Россия вела войну с Турцией, которую поддерживали английские и французские армии. Территория Грузии и Закавказья и на этот раз стала театром военных действий.

Согласно планам английских завоевателей, Грузия должна была быть отторгнута от России и перейти под совместное покровительство Англии и Турции. Агрессоры намечали восстановление в Грузии прежней феодальной раздробленности с тем, чтобы облегчить себе задачу поглощения страны.

Крымская война началась в 1853 году. В октябре турки вторглись в пределы Грузии. Они заняли значительную часть Грузии и, осуществив прорыв в сторону Ахалциха, создали угрозу Тбилиси. Турецкие захватчики сосредоточили у границ Армении и Грузии 60-тысячную армию. Россия на Закавказском фронте стояла перед угрозой потери Грузии[1].

Грузинский народ и на этот раз сплотился с русской армией для совместной борьбы. Быстро формировалось народное ополчение. 14 ноября 1853 г. объединенные русские и грузинские вооруженные силы под командованием генерала Ивана Андроникашвили нанесли поражение многочисленной турецкой армии на подступах к Ахалциху.

Исключительно важную роль сыграло народное ополчение во время изгнания турок из Западной Грузии. Русские и грузинские войска, под командованием подполковника Эристави, разбили у Нигоитской горы 8-тысячное турецкое войско и отбросили их за реку Чолоки. 4 июня 1854 года войска под командованием генерала И. Андроникашвили разгромили 34-тысячную турецкую армию. В этом сражении турки поте­ряли 4.000 человек, русские и грузины — 1.700 человек.

Турки уже не решались вторгаться в пределы Грузии, и теперь все свои надежды возлагали на борьбу, ведущуюся под Севастополем и Карсом. В июне 1855 года русская армия осадила город-крепость Карс, поставив тем самым под угрозу жизненноважные центры Турции. 27 августа 1855 года союзники Турции овладели Севастополем. После этого Турция получила возможность перебросить часть своих войск из Крыма на выручку Карса.

В сентябре 1855 года турецкое командование сформировало из нескольких корпусов, переброшенных в Батуми, сорокатысячную армию и двинуло ее на Абхазию. Турки задались целью захватить Западную Грузию и создать угрозу Тбилиси, чтобы этим вынудить русских снять осаду Карса. Между тем, командование Кавказской армией, не имевшее достаточных войск, летом 1854 года вывело из Абхазии расквартированный там гарнизон. Турецкая армия, двигаясь по Абхазской дороге, подошла к р. Ингури. Объединенными русскими войсками и грузинскими отрядами командовал генерал И. Багратиони. 25 октября 1855 г. на берегах Ингури произошло героическое сражение этой армии с противником, который вдвое превосходил её по численности. Герои Ингури, основательно ослабив неприятеля, тем не менее, не смогли задержать его продвижения. Турки почти полностью овладели Мегрелией.

Осложнилась обстановка в Гурии и Имерети. Русско-грузинское командование вывело из Гурии регулярные части, и вся тяжесть борьбы против турок легла на плечи гурийского ополчения. Регулярные войска готовились к обороне Кутаиси.

Турецкое командование, расположившееся вместе с английскими и французскими советниками в Зугдиди — резиденции владетельного князя Мегрелии, прилагало все старания к тому, чтобы привлечь на свою сторону симпатии грузин, но тщетно.

Население Западной Грузии развернуло партизанскую борьбу, а турки, в отместку, разрушали до основания каждое грузинское селение, где только обнаруживали убитого аскера. Они совершали захват и продажу в неволю грузинских крестьян. Надежды грузин были по-прежнему связаны с победой русской армии у Карса, который и был взят 15 ноября 1855 года. Вскоре после победы, объединенные усилия русских и грузин привели к изгнанию из пределов Грузии турецких агрессоров.

Почти четыре месяца хозяйничали турки в Западной Грузии. Сотни деревень и тысячи семейств были разорены. Много крестьян было захвачено и продано в неволю, многие, пали в неравной борьбе с захватчиками.

В Крымской войне Россия, правда, потерпела поражение, но она сумела сохранить своё господство в Грузии и Закавказье. Героическая борьба грузинского народа и оказанная им материальная поддержка в войне с Турцией дали возможность русским войскам одержать победу у г. Карса и тем самым в некоторой степени компенсировать тяжесть утраты Севастополя.

Крымская война, так же, как и в России, обострила в Грузии  классовую борьбу. Война обнаружила внутреннюю слабость самодержавного режима и со всей остротой поставила в порядок дня вопрос об упразднении крепостного строя.

 

Окончательное упразднение владетельных княжеств

 

В 1828 г. царское правительство упразднило Гурийское княжество. Однако в Грузии продолжали существовать Мегрельское, Сванское и Абхазское мтаварства, владетельные князья которых сохраняли за собой наследственное право внутреннего управления.

Эти мтавары всячески добивались продления самостоятельного существования своих княжеств. Однако Россия мирилась с существованием княжеств лишь до тех пор, пока они содействовали проведению в Грузии самодержавной политики. Так, например, мтавары Гурии и Мегрелии много раз отличались на службе царскому правительству. Мтавар Абхазии содействовал распространению влияния России в горные области Западного Кавказа.

Однако с укреплением позиций царской России в Закавказье и расширением здесь ее владений, существование вассальных княжеств становилось несовместимым с централизованным управлением краем. Они препятствовали царизму в дальнейшем осуществлении его целей в Грузии. Необходимость упразднения автономии феодальных княжеств становилась все более очевидной со вступлением России в период буржуазных реформ.

В результате развития товарно-денежных отношений постепенно исчезала основа, питавшая феодальную раздробленность и ограниченно-автономное существование княжеств; в то же время все более тесными становились связи между отдельными провинциями Грузии. Ширилась борьба передовых общественных сил за свободу и независимость родины. Правда, население владетельных княжеств в известной мере было свободно от чужеземного гнета, но их более или менее изолированное политическое и хозяйственное существование тормозило исторический процесс формирования грузинского народа в нацию. Упразднение системы самтавро означало окончательное уничтожение пережитков феодальной раздробленности. После завершения Крымской войны, царизм в 1857 г. упразднил Мегрельское княжество, в 1857—1859 гг.— Сванское и в 1864 г. — Абхазское. К этому времени завершилась вековая борьба царизма за завоевание Кавказа. 25 августа  1859 г. пленением Шамиля закончилось покорение народов Дагестана, а в мае 1864 г. русские войска заняли   последние аулы горцев Западного Кавказа.

Упразднение владетельных княжеств, завершение завоевания Кавказа и начало крестьянской реформы в Грузии совпали по времени. Это отнюдь не было случайностью. Грузия, как и все Закавказье, вступала в эпоху капиталистического развития.

 


[1]К. Маркс и Ф. Энгельс, Сочинения, издание первое, т. IX, стр. 534.


§ 1. РОСТ ТОВАРНОЙ ПРОДУКЦИИ В СЕЛЬСКОМ ХОЗЯЙСТВЕ И ПРОМЫШЛЕННОСТИ

 

Развитие товарного земледелия

 

С 30-х годов XIX в. в Грузии создаются относительно благоприятные условия для развития хозяйства. В стране установился мир, прекратились разбойничьи набеги горцев, была искоренена продажа пленных. Уменьшились произвол и насилия, сопровождавшие сбор налогов и выполнение государственных повинностей.

Русский рынок предъявлял большой спрос на шелк, вино, табак, марену и другие продукты. Грузия издавна славилась многообразием сельскохозяйственных культур. Царское правительство в колонизаторских целях содействовало развитию производства по добыче промышленного сырья.

В 1833 г. в Тбилиси создается «Общество поощрения сельскохозяйственной и мануфактурной промышленности», в 1836 г. — «Общество по распространению шелководства и торговли» и «Компания по производству грузинских вин», в 1850 г. — «Кавказское общество сельского хозяйства». Организуются опытно-показательные питомники, сады и животноводческие фермы. Из-за границы и России выписываются саженцы технических культур, улучшенный семенной материал, усовершенствованные земледельческие орудия и т. д. С 50-х гг. XIX в. в Грузии все чаще устраиваются сельскохозяйственные выставки, отправляются экспонаты   на заграничные выставки.

Особенно возросло производство основных продуктов сельского хозяйства Грузии — хлеба и вина. Главным потребителем хлеба по-прежнему была русская армия. Для производителей этих продуктов были установлены выгодные цены. Валовой сбор пшеницы непрерывно возрастал за счет освоения новых посевных площадей. В 1821 — 1861 гг. производство пшеницы в зерновых районах увеличилось в три раза.

В 40—50-х годах XIX в. Грузия, Армения и Азербайджан снабжали многотысячную русскую армию в Закавказье уже собственным хлебом. В отдельных уездах четверть всего урожая хлеба поступала на рынок. Возрос спрос и на кукурузу, которая вывозилась из Западной Грузии в Турцию и Европу,

Значительно увеличилось также производство товарного вина. В 1845 г. Телавский уезд, славившийся виноделием, продал около одного миллиона ведер вина. Постепенно увеличивался экспорт кахетинских вин в Россию.

Оживление наблюдалось и в области шелководства. Рынок предъявлял большой спрос на шелковое сырье и полуфабрикаты. Главными скупщиками шелковичных коконов являлись русские промышленники. В 40—50-х гг. в Имерети и Мегрелии возникли сравнительно крупные шелкомотальные предприятия, где выделка ниток производилась с помощью ввезенных из Европы станков, при использовании наемного труда.

С 40 гг. в сельском хозяйстве Грузии получают распространение культуры картофеля, капусты, хлопка, табака, чая, марены и др. Табаководство становится одной из ведущих отраслей товарного земледелия.

Помещики расширяют свои пахотные земли, закладывают обширные виноградники, плодовые сады и плантации доходных культур. Некоторые помещики используют наемный труд и сельскохозяйственные машины. Всё это было чуждо крепостническому строю, который тормозил развитие производительных сил.

В годы, предшествовавшие крестьянской реформе, в недрах феодально-крепостнического сельского хозяйства зародилось капиталистическое товарное производство. Появились основанные на свободном наемном труде хозяйства буржуазного типа, как, например, барона Николаи — в Тифлисском уезде, Онанова — в Имерети и др.

Наряду с ростом товарного производства углублялось общественное разделение труда. Расширялся внутренний рынок, подрывалась хозяйственная замкнутость отдельных районов.

 

Зачатки капитализма в промышленности

 

Приток на грузинский рынок дешевых товаров из буржуазной Европы и сближение с экономической жизнью России оказали большое влияние на местное ремесленное производство. Изделия ремесленного производства стоили сравнительно дорого и не могли удовлетворять новым требованиям. Поэтому в Грузии постепенно приходило в упадок производство черкесок, мягких кожаных сапог, кошей, азиатских музыкальных инструментов и других предметов. Увеличивался спрос на европейские, ввозимые из-за границы, товары. В этой обстановке ремесленная амкарская организация оказалась в критическом положении. Появились ремесленники, стоявшие вне амкарств (объединения ремесленников). Между ними началась конкуренция.

В 40—50-х гг. углублялась дифференциация среди городских мелких ремесленников и торговцев. Часть ремесленников прибегала к использованию наемного труда и богатела. В городах появилась свободная рабочая сила — крестьяне, откупившиеся на волю, крепостные, пришедшие в город на заработки и др. Все это создавало условия для возникновения и развития капиталистического способа производства.

Зарождение и развитие новых общественных отношений в Грузии происходило в условиях, резко отличавшихся от условий характерных для стран Западной Европы. Грузия, экономическое развитие которой тормозилось на протяжении шести веков, вступила на путь капитализма с большим опозданием — в середине XIX в. Промышленному развитию Грузии препятствовали колониальная политика царизма и крепостнический строй. Местный рынок был открыт для дешевых иностранных и русских промышленных товаров. Царское правительство поддерживало создание в Грузии предприятий по выработке полуфабрикатов, необходимых русской промышленности. Таковыми являлись предприятия по переработке шелка, хлопка, табака, по выделке кожи, мыла, стекла, строительных материалов и др. Царизм не допускал возникновения здесь фабрик и заводов, которые могли бы конкурировать с русской промышленностью. В 1839 г. торговая компания купца Зубалашвили открыла в Тбилиси сахарный завод, на котором было занято свыше 50 наемных рабочих. В 1841 г. завод выпустил продукции на 186 тысяч рублей. Однако спустя пять лет, не выдержав конкуренции с дешевым привозным сахаром, завод Зубалашвили прекратил существование. Царские чиновники не поддержали также построенную в 1852 г. в окрестностях Тбилиси суконную фабрику, которая, по их мнению, нанесла бы ущерб русской промышленности.

Несмотря на неудачи многих подобных начинаний, в предреформенные годы в Тбилиси и других городах появилось несколько мануфактур, фабрик и заводов капиталистического типа. Такими были чугунолитейный завод Корганова (1848), фабрика по обработке ценного строительного камня (1849), лесопильный и кирпичный заводы Ройса (1861). В 50-х годах местные купцы открыли три капиталистические мануфактуры по переработке табака и хлопка. В Кутаиси, Орпири и Зугдиди иностранные капиталисты организовали шелкомотальные фабрики. В Горийском уезде и в Имерети возникли мануфактуры, основанные на крепостном труде. Наиболее крупным было предприятие по производству стекла, организованное в селении Гвареби помещиком Эристави. Продукция этого предприятия вывозилась за пределы Грузии.

В Грузии предреформенного периода удельный вес промышленных предприятий в экономической жизни был весьма незначителен. В 1851 г. в Тбилисской губернии насчитывалось 131 предприятие, производившее ежегодно продукцию на 180 тысяч рублей. Спустя 11 лет (1862) число предприятий достигло 378, а стоимость выпускаемой продукции составляла 700 тысяч рублей в год. Две трети этой суммы приходилось на Тбилиси. Гораздо слабее была развита промышленность в Кутаисской губернии. В 1855 г. 22 предприятия этой губернии выпустили продукции всего на 24 тысячи рублей.

Предприятия капиталистическою типа представляли собой мелкие мануфактуры и «фабрики», продукция которых не удовлетворяла местный спрос на промышленные товары. Большинство предприятий выполняло казенные заказы и находилось вне свободного рынка. Грузинский рынок в основном находился в руках русских и иностранных промышленников, агентом которых являлся местный купеческий капитал. Несмотря на это, в Грузии неуклонно углублялся процесс разложения феодальных отношений



§ 2. НАЗРЕВАНИЕ КРИЗИСА КРЕПОСТНИЧЕСТВА

 

Рост населения. Развитие городской жизни

 

Начиная с 30 — 40 гг. XIX в. наблюдается заметный рост населения.

1846 г. население на территории Грузии не превышало 900 тысяч человек, а в 1859 г. оно достигло одного миллиона. Это обстоятельство свидетельствовало об экономическом прогрессе страны. Кроме того, население возросло и в результате присоединения Россией исторических южногрузинских земель, а также поселения здесь русских и иностранных колонистов. Особенно увеличился прирост городского населения за счет сельского. В 1847 г. в Тбилиси, который являлся административным центром всего Кавказа, проживало 44 тысячи человек, а в 1862 г. — свыше 62 тысяч. В течение 15 лет прирост населения составил 42 процента.

С 40-х гг. в Тбилиси быстро развивались буржуазные отношения, которые постепенно меняли феодальный облик города. В начале XIX в. свободные горожане составляли менее одной десятой части тбилисского населения, а к 1862 году число их возросло до 40 процентов. Развивались промышленность и торговля. В начале 60-х гг. в Тбилиси имелось 116 мелких промышленных предприятий, выпускавших ежегодно продукцию на сумму около 600 тысяч рублей. В 1850 г., в сравнении с 1832 г., торговый оборот города увеличился в четыре раза. Одновременно развертывается строительство новых городских кварталов, на внешнем облике которых все заметнее сказывается имущественное и правовое положение населения: кварталы с богатыми дворянскими особняками, с домами буржуа и чиновников резко отличаются от кварталов, заселенных городской беднотой.

В Тбилиси все больше усиливался приток продуктов сельского хозяйства из различных районов Грузии и Закавказья. В городе увеличилось число временно отпущенных на заработки крепостных или свободных от крепостной зависимости безземельных крестьян, продававших свою рабочую силу.

Возросло также значение Тбилиси, как культурного центра. Начиная с 40—50-х гг. здесь создаются русский театр и итальянская опера; возобновляет свою деятельность грузинский драматический театр; возникают библиотеки и клубы; увеличивается число средних учебных заведений; издаются, русские газеты, грузинский журнал «Цискари» («Заря»). Посетивший в 50-х гг. Тбилиси, Л. Н. Толстой писал: «Тифлис — цивилизованный город, подражающий Петербургу, иногда с успехом, общество избранное и большое».

Наряду с Тбилиси, с 40-х гг. развиваются и растут города Кутаиси, Телави, Сигнахи, Ахалцихе, Кулеви, Поти, Сухуми, Цхинвали, Душети и др. В частности, рост Кутаиси становится особенно заметным с 1846 г., когда он стал губернским центром. В этот же период было основано местечко городского типа — Боржоми, который стал курортом и летней резиденцией наместника Кавказа. Благоустройство Боржоми быстро развивается с 1862 года.

Значительно возросло значение г. Кулеви. В 1845 — 1856 годах доход от таможенных пошлин в Кулеви почти равнялся тбилисским доходам и превышал 1 миллион 150 тысяч рублей.

Передовые общественные силы городов постепенно объединялись в борьбе за политическую свободу и процветание родной культуры.

Развитие городской жизни являлось важным фактором разложения натурального хозяйства.

Внутренняя и внешняя торговля

 

Рост городского населения и вызванное этим увеличение спроса на сельскохозяйственные продукты привели к дальнейшему развитию торговли.

Личность купца и его собственность теперь надежно охранялись законом, установление цен уже не зависело от своевольных правительственных чиновников. Внутренний рынок развивался в сравнительно нормальных условиях. Увеличивалось количество торговцев. Торговцы-скупщики первенствовали не только на городских рынках, но и стали частыми гостями в отдаленных селениях.

Более оживленными стали воскресшие базары, торговля по пятницам и ярмарочным дням. Ежегодно, в связи с церковными праздниками, в торговых местечках собирались со всех уголков страны сотни мелких производителей и торговцев. Такая торговля велась периодически в течение нескольких дней. Широкой известностью пользовались Меджврисхевская, Сурамская, Хонская, Сенакская, Нагомарская и другие ярмарки.

Торговля, считавшаяся прежде среди грузин унизительным занятием (особенно в Западной Грузии), теперь охватывала все более широкий круг представителей крестьянства и дворянства. Наряду с армянским купечеством появилось грузинское.

Купцы-грузины — Сараджишвили, Зубалашвили, Тавзаришвили, Чедия и другие, наряду с армянским купечеством (Бозарджянц, Микиртумов, Зимзимов) накапливали большой денежный капитал; некоторые из этих торговцев становились промышленниками-капиталистами.

Местное дворянство заключало сделки с иностранными коммерсантами, которые теперь стали частыми гостями в селениях Грузии.

Развитию внутренней и внешней торговли в значительной мере содействовало интенсивное дорожное строительство. Была отремонтирована Военно-Грузинская дорога. Возобновилось движение по торговому пути, соединявшему побережья Черного и Каспийского морей. Началось судоходство на линиях Крым—Грузия и Баку—Астрахань—Москва. Улучшилось судоходство на реках Риони и Куре. В 1847—48 гг. установилось регулярное сообщение между Одессой и Кулеви. В 1858 г. открылся Потийский порт. В 1860 г. Грузия была связана телеграфом с центральными городами России.

Внешняя торговля Грузии и Закавказья носила преимущественно колониальный характер. В 40-50-х гг. в Кулеви систематически прибывали торговые суда из Лондона, Константинополя, Трапезунда и Батуми. Укрепились торговые связи с такими городами, как Керчь, Евпатория, Ростов, Феодосия и Таганрог. Русские и иностранные суда завозили в Грузию и Закавказье, главным образом, хлопчатобумажные ткани, железо, соль, сахар и др. а отсюда они вывозили промышленное сырьё и продукты сельского хозяйства — нефть, лес, шерсть, зерно, вино, фрукты и др. Всё более тесными становятся торгово-экономические связи между Россией и Грузией, растет удельный вес русских товаров на местном рынке. Россия втягивала Грузию в единый рынок товарного производства. В 1852 — 53 гг. была окончательно осу­ществлена ликвидация различных местных денежных знаков: русская монета вытеснила грузинские серебряные и турецкие монеты.

 

Кризис крепостнического хозяйства

 

Помещичье хозяйство деградировало. Если раньше дворянство, в основном, довольствовалось барщиной и повинностями, взимаемыми с крепостных крестьян главным образом натурой, то теперь, в 40—50 гг. XIX в., положение изменилось; значительно возросла потребность помещиков в деньгах. Посещение клубов и театров, подражание европейским модам, изучение иностранных языков, образование дворянских детей и др. — на все это требовались гораздо большие расходы. Помещики-крепостники усилили эксплуатацию крестьян, а когда этого оказалось недостаточным, они начали продавать крестьян и закладывать свои имения.

В 30—40 гг. торгово-ростовщический капитал лишил  многих помещиков их собственности. Участились случаи продажи с публичных торгов крепостных, а также земель неплатежеспособных дворян-должников. Чтобы задержать процесс разорения помещиков, государство начало предоставлять им дешевый кредит. Открытый в 1849 г. дворянский банк выручил многих помещиков. Царское самодержавие активно поддерживало свою социальную опору — класс феодалов, стремилось помочь ему выйти из создавшегося кризиса.

В этой обстановке усилилась борьба за землю. Земля привлекала к себе внимание помещиков, крестьян и казны. В борьбе за земельные владения активное участие принимали торговцы-ростовщики и чиновничество. Вместо прежнего тавадско-фамильного феодального землевладения постепенно вступал в силу порядок индивидуального феодального землевладения. Возникшая земельная собственность чиновной бюрократии и торгово-ростовщической социальной прослойки отличалась от сословно-феодального землевладения и сви­детельствовала о разложении последнего.

В борьбе за землю страдал класс производителем. Казна и феодалы захватили земли общественного пользования, главным образом леса и пастбища. Постепенно сокращалась площадь крестьянских наделов. Если в начале XIX в. площадь надела в среднем составляла 10—20 десятин, то накануне крестьянской реформы она уменьшилась до 5—6 десятин. Сокращение крестьянских наделов подрывало основы помещичьего хозяйства. Возросло количество крепостных, у которых или вовсе не было наделов, или же они были настолько малы, что урожай с них не удовлетворял минимальные потребности.

Феодалы постарались рационализировать свои хозяйства, организовать производство сельскохозяйственных товаров. Часть из них, как уже говорилось, с помощью правительства сумела преобразовать свои хозяйства, стремилась внедрять усовершенствованную технику, выписывать сельскохозяйственные орудия из-за границы. Кроме того, улучшалась и местная производственная техника — в Картли появился «мухранский плуг», который был прочнее и лучше прежнего. Наряду с эксплуатацией крепостных помещики стали пользоваться и наемным трудом.

Таким образом, обнаруживалось противоречие между старым способом производства и элементами нового.

Горячка преобразования помещичьего хозяйства особенно усилилась с 1858 года, когда помещикам стало известно об ожидаемом освобождении крестьян. Они думали о замене труда крепостных машинным трудом. Накануне крестьянской реформы в грузинской деревне, как об этом было упомянуто выше, появились отдельные хозяйства буржуазного типа (в Тифлисском уезде, в Имерети и других местах). Но попытки многих помещиков, стремившихся с помощью полученных от государства кредитов преобразовать свое хозяйство, организовать товарное производство, в подавляющем большинстве случаев кончались неудачей.

Подлинное преобразование помещичьего хозяйства и организация капиталистического производства были невозможны в рамках крепостнических отношений. Сельское хозяйство, более остро, чем промышленность, ощущало отсутствие денежного капитала и свободных рабочих рук; а широкое внедрение в сельскохозяйственное производство машин и усовершенствованных орудий было невозможно до тех пор, пока в деревне господствовал крепостной труд. Кроме  того, в условиях отсталой промышленности и сравнительной малочисленности городского населения, рыночный спрос находился на низком уровне. Значительная часть населения феодальных городов Грузии занималась сельским хозяйством. Освобождение крепостных, ликвидация крепостнической системы являлись непременным условием дальнейшего хозяйственно-экономического прогресса.

 

Процесс откупа от крепостной зависимости

 

Полувековое господство России постепенно приводило к исчезновению присущего Грузии своеобразия крепостнических отношений. В 40—50 гг. крепостнические порядки здесь почти не отличались от российских. Постепенно ликвидировались правовые различия между от­дельными категориями крепостных, в грузинской деревне все более усиливался процесс имущественной дифференциации крестьянства. Участились случаи ухода крестьян на заработки. Такие крестьяне оставались в личной зависимости от своих помещиков и поддерживали свое существование продажей собственной рабочей силы. Часть заработка этих крестьян присваивал помещик.

Развитие товарно-денежных отношений нашло отражение в росте денежной ренты. Государственные налоги теперь преимущественно взимались деньгами. Увеличение спроса на деньги преображало крестьянское крепостническое хозяйство, которое приобретало более товарный характер. Появились крестьяне-промышленники. В 1837 г. казенные крестьяне Шавердовы организовали в Сигнахском уезде хлопчатобумажно-прядильное предприятие, насчитывавшее 25 наемных рабочих. Зажиточные крестьяне и кулацкие элементы появились, прежде всего, среди казенных крестьян, которые покупали земли, использовали в своем хозяйстве наемный труд и производили продукты для продажи. В грузинской деревне, как и по всей Российской империи, постепенно развивался процесс отрыва непосредственных производителей от средств производства, возникала категория сельских рабочих, основным источником существования которых являлась продажа собственной рабочей силы.

Уходившие на заработки, временно или постоянно втянутые в городскую жизнь, занявшиеся ремеслом или торговлей крепостные крестьяне бережно копили заработанные деньги, чтобы освободиться от помещика и выкупить свой надел. Но лишь немногим из них удавалось откупиться от крепостной зависимости, так как откуп стоил очень дорого. Личную независимость, как правило, сохраняли те крестьяне, которые откупались с землей. Крестьянину же, получившему свободу без земли, было трудно сохранить личную независимость. Он был вынужден перейти в ведение казны, если она наделяла его участком земли, или же становился хизаном и работал па другого помещика, а порой пополнял число наемников в городах. В недрах крепостничества уже назревали условия для сохранения личной независимости освободившихся крестьян.

Несмотря на большие трудности, с 40—50 гг. участились случаи откупа крестьян от крепостной зависимости. В 1850— 1862 гг. только в Кутаисской губернии было зарегистрировано 1314 случаев откупа крепостных на волю.



§ 3. БОРЬБА ПРОТИВ СОЦИАЛЬНОГО И КОЛОНИАЛЬНОГО ГНЕТА

 
Обострение классовой борьбы

 

В связи с развитием товарно-денежных отношений усилилась эксплуатация крестьян помещиками. Увеличились барщинные и денежные повинности крестьян. Крестьяне были не в силах выполнять все требования помещиков, последние же обращались с крепостными с еще большей жестокостью. Обычным явлением стали случаи избиения крестьян, оскорбления чести их жен и дочерей. Помещики нарушали старые крепостнические нормы и нередко продавали своих крестьян, отрывая их от семьи и хозяйства. Крепостные выменивались на верховых лошадей, на охотничьих соколов и гончих собак.

Все это вызывало ожесточенное сопротивление со стороны крестьян. Участились случаи убийства крепостными жестоких господ, причем большинство провинившихся крестьян убегало в леса и начинало разбойничать. С 1843 по 1846 год было зарегистрировано 133 случая неповиновения крепостных, причем крестьяне выступали против произвола помещиков не только в одиночку, они объединялись и поднимали восстания. В 30—40 гг. одним из популярных представителей грузинского крестьянства, боровшегося против несправедливостей крепостнического строя, был Арсен Одзелашвили, которого в 1843 г. царские агенты убили неподалеку от Мцхета, у Мухатгверди. Народ в эпических стихах воспел крестьянского героя.

Особенно усилилась борьба крестьян против крепостничества с начала 50-х гг. XIX в. В 1852 г. подняли бунт крестьяне сел. Кванхути Рачинского уезда, добившиеся освобождения от помещика и перехода в ведение церкви. Они жестоко избили посредников помещика и правительства, но так и не добились своей цели. Власти арестовали пять участников бунта, трое из них были сосланы в Сибирь. В 1854 г. восстали крестьяне сел. Хертвиси Ахалцихского уезда, отказавшиеся платить государственные налоги. В 1856 г. восстали крестьяне сел. Чала Горийского уезда против своего помещика Амилахвари, который взыскивал с них высокий денежный оброк. Царское правительство арестовывало и ссылало в Сибирь главарей восстания, но подавленное в одном селении восстание вспыхивало в другом.

 

Восстание крестьян в Мегрелии в 1857 г.

 

Во время Крымской войны крайне ухудшилось положение крестьян Мегрелии, где турецкие захватчики хозяйничали в течение почти четырех месяцев. Ущерб, нанесенный войной, помещики попытались возместить усилением эксплуатации крепостного крестьянства. Они увеличили количество дней, когда крестьянин должен был работать на помещика, повысили старые налоговые нормы.

Согласно существовавшим обычаям, крестьянина, работавшего на помещика, должен был кормить сам помещик. Теперь же крестьян сгоняли на работы и заставляли кормиться за свой счет.

На настроения крестьян большое влияние оказали слухи об ожидавшейся отмене крепостного права. Подобные слухи, имевшие хождение и в других частях Российской империи, так или иначе, поднимали крестьян на антикрепостническую борьбу.

Жестокому произволу и притеснениям подвергались крестьяне, работавшие на восстановлении дворца Дадиани в сел. Салхино. Княжеский моурав отказал крестьянам в просьбе разрешить смолоть безвозмездно кукурузу на мельнице Дадиани. Это оказалось достаточным предлогом для того, чтобы потерявшие терпение крестьяне подняли восстание. Оно началось в мае 1857 г. и вскоре охватило всю Мегрелию. Количество повстанцев достигало 10 тысяч человек.

Крестьяне громили и жгли помещичьи усадьбы, освобождали находившихся у помещиков в услужении крестьян, отказывались нести крепостные повинности. Восстание возглавил кузнец крестьянин Уту Микава.

Микава был храбр, умен, обладал красноречием. В беседе с русскими чиновниками, прибывшими в Мегрелию в связи с восстанием, он изобличил уродливость крепостного строя и потребовал, чтобы «крестьянин был признан человеком». Он требовал установления равноправия между людьми и уничтожения сословий. Из среды рядовых повстанцев тоже слышались требования об освобождении от крепостной за­висимости; впрочем, они готовы были уступить, когда бы положение крепостных стало хоть просто «сносным». Они наивно думали, что в рамках самодержавного строя была возможна защита человеческих прав крестьянина.

Повстанцы решили не подчиняться представителям Дадиани и попытались договориться с агентами русской власти о зачислении их в категорию казенных крестьян. Им было известно, что находившиеся в ведении русского управления казенные крестьяне жили в сравнительно лучших условиях. Повстанцы не поверили княгине Дадиани, которая обещала облегчить их положение.

Царское правительство не преминуло использовать в своих интересах такое отношение крестьян к владетельнице Мегрелии. Кутаисский губернатор пообещал крестьянам, что «правосудие скоро совершится». Однако губернатор и царский наместник на Кавказе «выполнили» свое обещание лишь в том отношении, что упразднили в Мегрелии власть мтавара Дадиани. После этого, они стали принуждать крестьян к повиновению помещикам, требовали прекращения восстания. Повстанцы вынуждены были с оружием в руках отстаивать свои требования, выставленные перед царским правительством, ставшим на защиту помещичьих интересов. В результате двух стычек, имевших место в сентябре и октябре 1857 г., число жертв достигло 40 человек. Вооруженные столкновения с царскими войсками окончились поражением повстанцев. Русское правительство арестовало и сослало и Сибирь 38 руководителей и активных участников восстания. Уту Микава пробыл в ссылке девять лет.

Восстание мегрельских крестьян выражало стихийный протест крестьянских масс Грузии против ига крепостничества. Оно нашло отклик и в соседних уездах. В том же году вооруженные выступления имели место в Багдади и Амаглеба Кутаисского уезда.

В конце 50-х гг. крестьянские восстания охватили и Восточную Грузию: в 1858—1859 гг. восстали крестьяне сел Абиси Горийского уезда. Затем волнения охватили Ностэ, Ксанское ущелье, Карели, Цхинвали, Корниси и другие селения.

Крестьянские восстания в Грузии способствовали углублению создавшейся в Российской империи антикрепостнической революционной ситуации, красноречиво свидетельствовали о кризисе крепостнического строя, тормозившего развитие производительных сил и социально-экономический прогресс страны.

 
Крепостническая идеология

 

В условиях феодальных общественных отношений господствующей идеологией в Грузии являлась идеология феодалов-крепостников. Последние рассматривали крепостное право как нечто непреложное, данное на веки веков, а в крестьянах видели существа, призванные от рождения быть слугами своих господ. Будучи свидетелями возрастающего недовольства и возмущения крестьянских масс крепостническими порядками, некоторые помещики в целях защиты и сохранения существующего строя призывали своих собратьев по классу к более гуманному отношению к крепостным. В 1859 г. на страницах журнала «Цискари» была опубликована статья князя А. Орбелиани. Оправдывая крепостнический строй, считая, что он основан на разумных началах, автор пытался объяснить крестьянские волнения нарушением старых «отцовско-сыновних» отношений между помещиками и крепостными.

В связи с деградацией и разорением многих помещичьих хозяйств, проникновением в феодальный быт буржуазных отношений, в рассуждениях идеологов господствующего класса начало обнаруживаться противоречие. Призывая к восстановлению «прежнего мира» в отношениях с крепостными, они в то же время советовали помещикам заняться улучшением хозяйства, установить тесные связи с рынком; они указывали, что вместо «ружья и сабли» дворянам теперь необходимы образование и умение торговать. Таким путем надеялись эти мыслители сохранить господство класса феодалов.

В годы, предшествовавшие реформе, у части дворянства стали развиваться помещичье-буржуазные, либеральные настроения. Они не носили революционного характера. В то время лишь крестьянство представляло собой объективно-революционную силу, боровшуюся против крепостничества, за упразднение феодального землевладения. Борьба крестьянских масс ускоряла возникновение новых общественных отношений.



Борьба против национального угнетения

 
Прогрессивные грузинские деятели и после 30-х годов XIX в. продолжали борьбу, направленную главным образом против колониального угнетения.

Большая часть грузинских патриотов, высланная из родины в связи с заговором 1832 года, вскоре возвратилась назад. У многих представителей грузинской интеллигенции не было иного пути для поддержания своего существования, как вступление на государственную службу. Но и тяжелые условия жизни не мешали им вести борьбу за прогресс и свободу.

Передовые общественные силы следовали славным традициям, завещанным Соломоном Додашвили. Статьи Додашвили повторно появлялись в рукописных журналах воспитанников Тифлисской гимназии, из числа которых Николоз Бараташвили, Михаил Туманишвили и другие начали выпускать, например, в 1835 г. журнал «Цветок Тифлисской гимназии». Так же, как и «Литературная часть Тифлисских ве­домостей» (на грузинском языке), этот рукописный журнал проповедовал любовь к родине и ставил своей целью пробуждение самосознания учащейся молодежи. Этой же цели служила Антология, составленная теми же лицами в 1836 году.

В 40-х гг. мотивы борьбы за свободу проявились в многосторонней деятельности грузинской передовой интеллигенции. В это время подготовлялось издание грузинского журнала «Синатле» («Свет»). Дело возглавили Георгий Эристави, Давид Мачабели и др. В выпущенном по этому поводу воззвании они обращались к патриотическим чувствам и свободолюбивым устремлениям народа. В жалобе на существующую отсталость звучал протест против колониальной политики царизма и проявлялся большой интерес к возрождению отечественной литературы: «Где сейчас у нас Чахрухадзе или Шавтели, Руставели и Петрици? Разве услышишь теперь благозвучие стихов Бесики? Где встретишь теперь философские и богословские тексты Антония? Все заслонило время, и мудрость грузин, словно тень, исчезла вместе с ними». Царизм пресекал всякую инициативу лучших людей из местного населения. Поэтому издание журнала «Синатле» так и не осуществилось. Несмотря на это, борьба не прекращалась.

В 40—50-х годах заметно расширилось печатание книг, повысился интерес к изучению родной истории. В 1851 г. был восстановлен грузинский театр, а в 1852 г. начал издаваться журнал «Цискари». В Грузию возвратилась группа молодежи, получившая в России высшее образование. Молодые грузинские ученые установили тесную связь с Петербургской Академией наук.

Грузинские общественные деятели (Г. Эристави, А. Орбелиани и др.) боролись со сцены грузинского театра и на страницах периодической печати — насколько это было возможно в условиях суровой цензуры — против национального угнетения грузинского народа. Такая же борьба велась на литературном поприще.

В 1846 году А. Орбелиани написал драму «Давид Строитель, или последние годы Грузии», в которой автор, прикрываясь событиями эпохи Давида Строителя, проводит идею объединения народов Закавказья и их совместной борьбы против царизма.

В 1861—1862 гг. на страницах журнала «Цискари» был опубликован труд царевича Иоанна «Калмасоба». Этому произведению была предпослана вступительная статья, написанная молодым историком Д. Бакрадзе, которая заключала в себе своего рода призыв к освободительной борьбе.

Борьбу за свободу грузинские деятели по-прежнему связывали с борьбой передовых русских людей против царизма. В 1861 году студенты Петербургского университета Н. Николадзе, Г. Церетели, В. Гогоберидзе и другие принимали активное участие в студенческом революционном движении. Грузинские патриоты с жадностью приобщались к сочинениям великих русских революционных демократов Белинского, Чернышевского, Добролюбова и др., откуда черпали передовые освободительные идеи.

 


§ I. ПРОСВЕЩЕНИЕ, ЛИТЕРАТУРА, НАУКА И ИСКУССТВО

 
Просвещение

 
Дело просвещения в Грузии царское правительство подчиняло своим политическим целям. Школы должны были готовить преданных царскому правительству чиновников и служить делу обрусения грузинского народа. Поэтому царизм упразднил грузинские национальные школы.

В 1804 г. в Тбилиси было открыто русское четырехклассное училище, в которое принимали детей представителей высшего сословия и русских чиновников. Училище не располагало квалифицированными педагогами. Зубрежка и телесные наказания здесь были основными методами обучения. Правительство считало необходимым, чтобы местные чиновники владели, кроме русского, и грузинским языком. Поэтому вначале в училище изучались грузинский язык и литература.

Открытие этого училища, несмотря на его недостатки, имело и положительное значение. Здесь совместно обучались юноши различных национальностей, что сближало между собой грузин, армян, азербайджанцев и др.

В 1830 г. четырехклассное училище было преобразовано в гимназию. В том же году в Тбилиси была открыта женская школа-пансион. Кроме того, открылись уездные училища в Тбилиси, Гори, Телави, Сигнахи, Кутаиси и в сел. Суджуна (Мегрелия).

 В 40—50-х гг. сеть казенных учебных заведений заметно разрослась. В 1840 г. Тбилисская женская школа была преобразована в Закавказский девичий институт. В 1850 г. здесь же открылась вторая гимназия. Была создана гимназия и в Кутаиси.

Несмотря на усилия царских властей, из среды учащейся молодежи вышло немало будущих деятелей национально-освободительного движения в Грузии и Закавказье. Достаточно указать, что в 30—40 гг. тбилисскую гимназию окончили Н. Бараташвили, И. Чавчавадзе, Р. Эристави и другие.

Для подготовки служителей христианской церкви царизм основывал в Грузии духовные училища. Преподавание в этих училищах также велось на русском языке. В 1817 г. в Тбилиси была открыта духовная семинария.

Существующие школы не могли удовлетворить потребностей даже высших слоев общества. Обучение в школах велось не на родном языке, и лишь незначительная часть учащихся оканчивала полный курс. Для детей трудящихся эти школы были недоступны. В 1850 г. в учебных заведениях Грузии числилось около 3000 учащихся, что составляло 0,3 процента населения.

Получение образования в этих новых школах — было привилегией господствующих классов. Несмотря на это, начальное образование все же удавалось изредка получить и детям трудового народа. В крестьянских семьях учебную доску и мел нередко заменяли бычья лопатка и уголь. Обучение на грузинском языке происходило в частных школах и у частных учителей.

Грузинская общественность уже в 30—40 гг. добивалась открытия в Тбилиси университета, но царское правительство не поддержало этого требования, опасаясь, что университет превратится в очаг распространения освободительных идей.

Царское правительство, верное своей политике, не поощряло печатания грузинских книг. Если с 1782 г. по 1795 г., т. е. в течение 13 лет, в Тбилиси вышло в свет свыше 20 грузинских книг, то на протяжении 1801 —1815 гг. не было напечатано ни одной книги на грузинском языке.

С 40-х годов XIX столетия, когда грузинские общественные деятели в Тбилиси и в других городах получили относительную свободу действий, печатание грузинской книги стало развиваться. Постепенно росла просветительная научная литература.

Царское правительство не заботилось об открытии публичной библиотеки. Книгохранилища имелись только при школах и некоторых учреждениях царского управления. Эти библиотеки, конечно, не могли удовлетворять потребностей населения в книге.

Книги тогда стоили очень дорого: стоимость книги среднего формата достигала 1½ рублей, по золотому курсу, так что их могли приобретать лишь состоятельные люди. Грузинские общественные деятели Н. Бараташвили, Д. Кипиани, В. Орбелиани, 3. Палавандишвили и другие, учитывая важное значение библиотек в деле пробуждения самосознания масс, организовали, по собственному почину и на собственные средства, частную публичную библиотеку. В 1846 — 1850 годах, на базе указанной библиотеки и других книгохранилищ, в Тбилиси была открыта Государственная публичная библиотека (ныне Государственная публичная библиотека им. К. Маркса).
 

Наука

 

Развернувшаяся во второй половине XVIII столетия в Грузии научная работа в течение некоторого времени испытывала застой. Многие деятели науки из дома Багратионов были высланы в Россию. Научный центр в Тбилиси был почти совершенно расстроен. Грузины теперь успешно продолжали свою научную деятельность за пределами родины, в Москве и Петербурге.

Начиная с 20-х годов XIX столетия, в Тбилиси снова развернулась научная работа. Эту работу возглавил известный Соломон Додашвили. Однако в связи с осуждением заговорщиков в 1832 году Тбилиси опять лишился многих представителей культуры. Такое положение длилось до 40-х годов, когда рассеянные, и без того слабые научные силы вновь объединились. В Тбилиси уже создавались более благоприятные условия для творческой деятельности.

Среди грузинских ученых, подвизавшихся на поприще науки в Петербурге в первой трети XIX в., большой известностью пользовался Иоанн  Багратиони (1772--1830), который в результате 15-летнего упорного труда создал большой труд энциклопедического характера «Калмасоба». В этом произведении автор нарисовал картину современной ему Грузии и в популярном изложении охарактеризовал известные тогда науки. Автор ставил своей целью защиту национальных культурных традиций Грузии в условиях господства царизма.

В Петербурге же работал брат Иоанна Давид (1767 — 1819), составивший в 1818 г. пособие «Краткая физика». Кроме родного языка, Давид хорошо владел русским и европейскими языками. Это обстоятельство позволило ему учесть достижения того времени в области физики. В его книге чувствуется влияние великого русского ученого М. Ломоносова и французских материалистов.

В 40-х годах XIX столетия в России и Европе достаточной известностью пользовалось имя ученого, грузина по происхождению Петра Романовича Багратиона (1818--1876). Он был двоюродным братом прославленного героя полководца Петра Багратиона. Им был открыт способ извлечении золота из руд (цианирование), получивший практическое применение в металлургии.

В 1840 — 1844 годах Багратион работал в физическом кабинете Петербургской Академии наук вместе с выдающимся русским физиком академиком Б. С. Якоби. Здесь он открыл новый гальванический элемент и, по словам Якоби, «внес значительный вклад в развитие физики». Им был открыт также новый вид минерала ортита, который с 1845 г. называется багратионитом.

Грузинские ученые занимались и вопросами философии. К этой области относится труд С. Додашвили «Логика», представляющий собой введение к курсу философии.

Большой интерес проявляли грузинские ученые к вопросам истории, языка и литературы своей родины. Среди историков первой половины XIX в. видное место занимал вышеупомянутый Давид Багратиони, написавший такие труды, как «История Грузии», «Новая история» и др. Плодотворную научную работу вел ученый Теймураз Багратиони (1782—1846). Принадлежащее его перу исследование «История Иверии» получило широкое признание в научных кругах. Он был избран почетным членом Петербургской Академии наук. Талантливыми исследователями истории и древностей Грузии были П. Иоселиани, С. Бараташвили, М.Бараташвили и другие.

Большую помощь грузинской молодежи, интересовавшейся вопросами грузиноведения, оказал академик М. Броссе. В своих трудах, написанных на французском языке, он ознакомил научный мир Европы с богатым историческим прошлым Грузии. М. Броссе вместе с грузинскими учеными З. Палавандишвили и Д. Чубинашвили издал в 1841 году «Витязя и тигровой шкуре» Шота Руставели. Это было второе (после Вахтанговского издания 1712 г.) издание поэмы. В 1845 г. на факультете восточных языков Петербургского университета была основана кафедра грузинского языка и литературы. На этой кафедре работал выдающийся грузинский ученый вышеупомянутый Д. Чубинашвили (1814 —1891), автор больших трудов — грузино-русского, русско-грузинского и грузино-русско-французского словарей; он же в 1846—63 гг. издавал грузинские хрестоматии, в 1854 г.— «Картлис Цховреба» (сборник грузинских историков), в 1855 г. — грамматику грузинского языка для русских читателей и др.
 

Художественная литература

 
В грузинской литературе первой половины в., как и прежде, отражены глубокая любовь к жизни, преданность интересам родины и народа, гуманизм, идея дружбы между народами и непримиримое отношение к врагам прогресса. Главнейшей проблемой грузинской художественной литературы стала борьба против национального гнета. Изменения, происшедшие в политико-экономической жизни страны в результате присоединения Грузии к России, оказали большое влияние на развитие грузинской литературы.

В грузинской литературе первой половины XIX в. утвердился романтизм. Грузинский романтизм представлял собой течение, выражавшее недовольство реальной действительностью. Вместе с тем его характеризовали прогрессивные идеи борьбы за лучшее будущее, реалистические тенденции и внимание к социальным проблемам.

Основоположником грузинского романтизма считается поэт Александр Чавчавадзе (1786—1846). Он был всесторонне образованным человеком, разделявшим передовые идеи своего времени. А. Чавчавадзе выступал против национального гнета. Его поэзия проникнута глубокой скорбью, вызванной тем, что Грузия утратила свою государственность. Вместе с тем он хорошо понимал, что присоединение к Рос­сии обеспечило Грузии мирное существование и условия для дальнейшего хозяйственного прогресса. А. Чавчавадзе в своем творчестве выразил своеобразный протест против социального гнета. В стихотворении «Горе этому миру» он сулит «насильникам» и «угнетателям» «низших» наступление неизбежного дня возмездия.

В творчестве другого представителя романтизма—Григола Орбелиани (1804—1883) главное место занимают национальные мотивы. До 30-х годов XIX в. его стихи были пронизаны духом борьбы за политическую свободу Грузии. Однако после того, как поэт счел проигранной борьбу за восстановление государственности Грузии, в его творчестве стали преобладать скорбные мотивы. Своей консервативной идеологией он в 60-х гг. противостоял представителям прогрессивно-демократического направления.

Г. Орбелиани, являющийся видным мастером грузинского стиха, в своих произведениях с благоговением относился к старой Грузии. Поэт оставил нам также образцы реалистической поэзии. К ним относятся такие стихотворения, как «У меня сегодня ни для кого нет досуга», «Горести Димитрия Оникашвили», «Мухамбази», стихотворение «Рабочий Бокуладзе», посвященное социальной проблеме, и др.

Самым крупным представителем романтической поэзии был Николоз Бараташвили (1817—1845). Молодой поэт дал глубоко продуманные ответы на сложнейшие вопросы, выдвинутые грузинской действительностью. В его поэзии, с одной стороны, отчетливо выступают мотивы исканий и борьбы и, с другой стороны — печаль, грустное раздумье, являвшееся отражением мрачной жизни того времени.

Недовольный современной ему социально-политической обстановкой, поэт жалуется на «духовное одиночество», на «злого духа» и находит утешение в природе. Поэт выражает протест против господствующей в мире несправедливости, призывает народ к борьбе за лучшее будущее.

В поэме «Судьба Грузии» и стихотворении «Могила царя Ираклия» Н. Бараташвили дает глубоко правильную оценку исторической необходимости присоединения Грузии к России.

В грузинской литературе шестидесятых годов были заложены основы реализма, начало которому положило творчество Георгия Эристави (1811—1864). В своих комедиях «Раздел», «Тяжба», «Скупой» и др. он отразил процесс постепенной деградации грузинского дворянства и усиление роли купечества. В его же произведениях вскрываются преступления правящей бюрократии и выражается протест против колониального гнета. Литературным традициям Г. Эристави следовал драматург Зураб Антонов.(1820--1864)

В предреформенные годы на литературном поприще выступили представители грузинской реалистической художественной прозы Даниэл Чонкадзе (1830 — 1860) и Лаврентий Ардазиани (1815 — 1870). В своих произведениях они ярко нарисовали картины роста товарно-денежных отношений в Грузии, крайнего обострения классовых противоречий, что вообще было характерно для последнего периода феодально-крепостнического строя, восставали против социальной несправедливости и угнетения человека человеком.

Для грузинской литературы первой половины XIX в., как и прежде, были характерны преданность интересам родины и народа, гуманизм, идея дружбы между народами, призыв к непримиримой борьбе с врагами.

 

Искусство
 

Изменения, происшедшие в социально-политической жизни феодальной Грузии, оказали своеобразное влияние и на искусство. В первой половине XIX в. из грузинского искусства постепенно вытеснялись проникшие туда в прошлом восточно-мусульманские мотивы, которые отразились главным образом в зодчестве, а также оформлении книг, рукописей и др. Отныне стало заметным влияние русского искусства. Широкое распространение получила портретная живопись, в которой проявлялись реалистические начала. В 40-х гг. выдвинулся художник Григорий Майсурадзе, происходивший из крепостных крестьян Александра Чавчавадзе. Последний освободил талантливого юношу и помог ему получить образование. Майсурадзе окончил Петербургскую художественную академию и стал известным живописцем.

Значительные изменения претерпела архитектура. В городском строительстве, вместо характерной для средневековья стихийности, постепенно внедрялась плановость. Упадок претерпевала грузинская национальная архитектура, которая была крайне трудоемка. Получило развитие строительное искусство в стиле русского классицизма.

Богатые традиции грузинского искусства сохраняло трудовое население. В украшениях некоторых жилищ трудящихся встречались орнаменты, все еще напоминавшие эпоху наивысшего развития грузинской феодальной архитектуры.

Грузинские общественные деятели настойчиво добивались восстановления постоянного грузинского театра, прекратившего существование в 90-х гг. XVIII в. В начале 30-х гг. XIX в., по инициативе молодых любителей сцены Г. Эристави и В. Орбелиани, был осуществлен перевод знаменитой пьесы А. С. Грибоедова «Горе от ума». К этому времени уже была подготовлена  почва для восстановления постоянного грузинского театра, однако царская администрация не поддержала этого начинания.

О том, насколько велико было увлечение театром, свидетельствуют такие факты: в сел. Меджврисхеви неизвестным лицом была поставлена на грузинском языке трагедия Шекспира «Отелло». В сел. Гориса была поставлена комедия Окропира Церетели «Свадьба имеретинского князя».

Основание в 1846 г. в Тбилиси русского театра прядало силы борцам за восстановление постоянного грузинского театра. Это дело вновь возглавил Г. Эристави.

2 января 1850 г. на сцене Тбилисской гимназии любителями сцены была поставлена комедия Г. Эристави «Раздел». После этого была создана постоянная артистическая труппа, и 1 января 1851 г. открылся грузинский профессиональный театр.

Местные власти полагали, что им удастся подчинить грузинский театр политическим целям царизма, но эти надежды не оправдались. Стало очевидным, что грузинский театр призван выполнить важную роль в деле пробуждения самосознания народа, испытывавшего на себе социальный и колониальный гнет. Именно поэтому правительство лишило грузинский театр средств существования, и в 1856 г. он был закрыт.



§ 2. КУЛЬТУРНЫЕ СВЯЗИ С РУССКИМ, УКРАИНСКИМ И СОСЕДНИМИ НАРОДАМИ

 
Прогрессивное влияние русской общественной мысли

 

С самого же начала XIX в. происходит тесное сближение русского и грузинского народов. Этому содействовала совместная борьба против внешних врагов. Важное значение имело также то обстоятельство, что русский народ и входившие в Российскую империю нерусские народы одинаково ненавидели самодержавие. Борьба грузинского народа против колониального и социального гнета перекликалась и связывалась с революционной борьбой русского народа за свержение крепостного строя и царизма.

Находившиеся в Грузии солдаты царской армии общались с трудящимися Грузии, знакомились с их культурой и бытом. После окончания военной службы значительная часть солдат оставалась на жительство в Грузии, превращаясь в таких же тружеников, какими были грузинские крестьяне. Последние, в свою очередь, знакомились с русскими порядками и обычаями. Происходило определенное культурное общение.

Передовые представители русского и грузинского народов с самого же начала нашли общий язык. В  этом отношении особое значение имела близость выдающегося русского писателя А. С. Грибоедова и высланных в Грузию декабристов к семье поэта Александра Чавчавадзе и вообще к грузинской интеллигенции.

Большинство видных грузинских деятелей первой поло вины XIX в. воспитывалось в русских учебных заведениях. Знакомство с русской и европейской литературой углубляло в них самоотверженную любовь к родине, вдохновляло на борьбу против царского самодержавия.

На грузинских общественных деятелей большое влияние оказало, как указывалось выше, революционное мировоззрение декабристов. Это влияние испытали С. Додашвили, А. Чавчавадзе, Г. Орбелиани и другие. Симпатии грузинских деятелей к декабристам и их идеям не угасали и после 20 — 30-х годов.

На грузинских мыслителей определенное влияние оказали также распространенные в России в 50-х гг. антикрепостнические идеи. В то время борьба против крепостничества началась и в грузинской литературе. Наглядным выражением этой борьбы было опубликование в 1859 г. повести «Сурамская крепость» Даниэла Чонкадзе.

На рубеже 50—60-х гг. отчетливо проявились глубокие симпатии грузинских общественных деятелей к русским революционным демократам.

Русские революционеры сочувствовали народно-освободительной борьбе нерусских народов, входивших в состав Российской империи и проповедовали принципы солидарности и равноправия между нациями.

 

Отношение передовых русских людей к Грузии

 

Передовые люди России сочувственно относились к прогрессивным стремлениям грузинского и других кавказских народов. Русские писатели сыграли важною роль в деле укрепления русско-грузинских культурных связей. В свою очередь, многие русские писатели испытали влияние богатой природы Грузии и Кавказа, влияние культурной среды, в какой они вели здесь свою творческую работу.

Кавказу, — писал великий русский мыслитель В. Белинский, — «суждено быть колыбелью наших поэтических талантов, вдохновителем и пестуном их музы, поэтическою их родиною».

В Грузии написал А. С. Грибоедов свое гениальное произведение «Горе от ума» и пьесу «Грузинская ночь». Кавказу посвятил одну из первых своих поэм—«Кавказский пленник»— великий А. С. Пушкин. В Грузии развернулся поэтический гений М. Ю. Лермонтова. В основу многих его произведений: («Демон», «Мцыри», «Дары Терека» и др.) легли грузинские народные сказания. Поэзия Лермонтова постоянно возбуждала интерес и любовь русского народа к кавказцам.

А. Грибоедов критиковал политику царизма в Грузии, он вскрывал уродливые стороны местного управления, его антинародный характер. Грузин и всех кавказцев он называл «согражданами» русского народа, выражая этим самым идею равноправия между народами. В известной записке об экономическом устройстве Грузии он выступал за прогресс и процветание грузинского народа. Поэтому и полюбил так сильно грузинский народ А. С. Грибоедова. 30 января 1829 г. поэт был вероломно убит в Тегеране. Это событие безмерно опечалило грузинское общество. Грибоедов похоронен в Тбилиси на горе Мтацминда («Св. Гора»). Воздвигнутый ему надгробный памятник олицетворяет дружбу и любовь лучших представителей русского и грузинского народов.

В 1818—1824 гг. в Грузии жил русский писатель А. Шишков, который в своем романе «Кетевана, или Грузия 1812 г.» отобразил тяжелое положение грузинского трудового люда. Писатель изобличил постыдную деятельность царских чиновников в Грузии.

В 1829 г. в Грузию приехал преследуемый царизмом А. С. Пушкин. Он выразил искреннее сочувствие, борющимся за свободу кавказским народам.

Декабристы-писатели Бестужев-Марлинский, Одоевский, Кюхельбекер и другие относились к Грузии с интересом и уважением.

Писатель Я. Полонский выражал признательность Грузии за расцвет своего поэтического творчества. Он приехал в Грузию и 1846 году. В предисловии к сборнику своих стихов, который он назвал «Сазандар», Полонский писал: «Своему появлению на свет они (стихи) должны быть благодарны не столько мне, сколько моему пребыванию на Кавказе, и главным образом в Грузии... свою книгу я посвящаю тем, кто знает Грузию».

В 50-х годах XIX в. в Тбилиси жил Л. Н. Толстой. Здесь решил он вступить на литературное поприще. Здесь же приступил он к работе над своим первым произведением «Детство».

Грузинские поэты и писатели, со своей стороны, с большой любовью и вниманием относились к русским писателям и их творчеству. Они с увлечением переводили на грузинский язык произведения Грибоедова, Пушкина, Лермонтова и других русских писателей. Все это содействовало укреплению дружбы и культурного сотрудничества между русским и грузинским народами.
 

Связи между украинскими и грузинскими деятелями

 

В первой половине XIX в. Украина и Грузия почти одинаково испытывали на себе тяжесть национального и социального гнета. Борьба лучших сынов украинского и грузинского народов служила общим прогрессивным целям.

Грузины в первой половине XIX в. с большим интересом относились к Украине. Грузин по происхождению, писатель Петр Шаликов (Шаликашвили), близкий друг А. С. Пушкина, в своем «Путешествии в Малороссию» с мастерством художника показал картины этой замечательной страны начала XIX в. Грузинский историк Н. Дадиани, который в 1805 г. находился в Петербурге, тоже заинтересовался жизнью украинского народа и «описал Малороссию».

Упоминаемый выше грузинский мыслитель и общественный деятель С. Додашвили посвятил свою «Логику», написанную в 1827 г., попечителю Харьковского университета и учебного округа А. А. Перовскому. С. Додашвили лично приехал в Харьков, где молодому ученому был оказан теплый прием.

Грузинская молодежь любила великого украинского писателя Т. Шевченко (1814—1861). Шевченко оказал большое влияние на молодого А. Церетели, лично знавшего его.

В первой половине XIX в. на Украине жил и работал грузинский ученый Н. Церетели (Цертелев, 1790—1869), который внес определенную лепту в историю украинской культуры. Он собрал и издал образцы украинской народной поэзии.

 

Культурные отношения Грузии с соседними странами

 

Присоединение Грузии к России ускорило объединение народов Закавказья под владычеством России. Это обстоятельство, вопреки желаниям царизма, содействовало сотрудничеству между грузинским, армянским, азербайджанским и другими кавказскими народами.

В войнах против Ирана и Турции вместе с русскими и грузинами принимали участие и сыны азербайджанского и армянского народов.

Народы Закавказья одинаково испытывали на себе социальный и национальный гнет. Борьба против царизма и крепостничества еще больше сближала их между собой.

Лучшие представители братских народов встречались в Тбилиси, который являлся политическим и культурным центром Кавказа. В первой половине XIX в. в Тбилиси основывается духовное училище для армян, начинают издаваться армянские газеты. Основоположник армянской реалистической прозы Хачатур Абовян получил образование в Тбилиси, где он провел свои лучшие годы. В своих произведениях он проводил идею дружбы между народами Закавказья. В Тбилиси написал Абовян свое известное произведение «Раны Армении». Здесь же им была составлена грамматика армянского языка.

Тбилиси превратился в очаг деятельности целой группы армянских ученых. В первой половине XIX в. здесь жили и поддерживали тесную дружбу с грузинскими писателями поэт А. Аламдарян, драматург Г. Сундукян и др. Тбилисская интеллигенция устроила восторженную встречу приехавшему сюда в 1860 г. армянскому революционеру-демократу М. Налбандяну. Эта встреча выражала единство целей, соли­дарность передовых людей народов Закавказья.

Росли и крепли культурные связи с представителями братского азербайджанского народа. В Тбилиси долго жил и работал азербайджанский историк Л. Бакиханов. Его близкими друзьями были Л. Чавчавадзе и Г. Орбелиани. В дружественных отношениях с тбилисской общественностью находился также известный азербайджанский писатель-просветитель Мирза Фатали Ахундов. В 1833—1840 гг. Ахундов работал в Тбилиси. Здесь развился его творческий талант.

В начале 40-х гг. в Тбилиси жил азербайджанский поэт Мирза Шафи Вазех, который организовал здесь азербайджанский литературно-философский кружок. Общественность Тбилиси того времени хорошо знала также основателя азербайджанского театра и газеты Хасан-Бега Зардаби.

Много сделал для культурного сближения осетинского и грузинского народов осетинский поэт, воспитанный на традициях грузинской литературы, И. Ялгузидзе (1770 — 1830). Он на основе грузинского алфавита составил осетинский алфавит. Ялгузидзе не только переводил с грузинского на осетинский язык, но и сам писал стихотворения на грузинском языке.

В Тбилиси в течение нескольких лет жил и вел плодотворную работу первый кабардинский историк Шора Ногмов (1801 — 1844). Здесь в 1861 году, после смерти автора, был опубликован на русском языке основной его труд «История адыгейского народа».

За укрепление взаимной дружбы, вместе с представителями соседних народов, боролись в первой половине XIX в. представители передового грузинского общества А. Чавчавадзе, Г. Орбелиани, Н. Бараташвили, Г. Эристави, А. Орбелиани и другие. Сотрудничество лучших сынов братских народов содействовало укреплению солидарности между народами империи и их сплочению в борьбе за лучшее будущее.